Некру и раньше-то было непросто сыскать — уж больно «горячий» товар! — а после «подвигов» Ренегата тем более. Из-за охоты, открытой на безумного носферату всеми подряд — городской стражей, Кварталом Склепов, Древней кровью, братством экзекуторов, — любая незаконная деятельность, связанная с вампирами, приостановлена от греха подальше. На дно должны были лечь все: продавцы, производители, доноры. Кому хочется попасть под горячую руку?
— Хочешь сказать, ее «никого» распространяется и на меня?
Я вперил в Реджиса угрюмый взгляд, давящий, словно гранитный валун.
— Я всего лишь передаю ее слова, Сет. Дословно они звучали так: «
Я устал за день. И в первую очередь как раз оттого, что с начала охоты за Ренегатом все — решительно все! — норовят сказать мне слово поперек. Приняв вызывающую позу — ноги расставлены, руки уперты в бока, — я брякнул напрямик:
— Надеюсь, это не значит, что ты намерен помешать мне подняться к хозяйке?
— Мне казалось, мы друзья, Сет, — помолчав, проговорил Тихоня, — Друзья не ведут разговоры в таком тоне.
— Значит, это момент испытания нашей дружбы, Реджис ап Бейкон.
Лицо вампира приняло напряженное и мрачное выражение.
Затем черты его разгладились, как у человека, который принял тяжелое, но единственно верное решение. Поза носферату изменилась, он расправил плечи и положил руки на стол так, чтобы иметь возможность в любое мгновение оттолкнуться и прыгнуть.
— Тогда попробуй, Сет.
Я понял, что перегибаю палку, рискуя устроить драку с другом не на жизнь, но насмерть, и отступил:
— Извини. Извини, старина. Я просто немного раздражен. Ты же знаешь, я никогда не причиню ей вреда. И не хотел бы причинять его тебе.
Реджис настороженно кивнул.
— Но я должен задать ей несколько вопросов.
— Сет, я не понимаю. Эта твоя охота. Кровь мессии!.. Ли-Ши не может иметь отношения к Ренегату. Поверь, я бы почувствовал!
— Не к нему, Реджис. — Я положил на стол пузырек из-под некры и катнул его в сторону вышибалы: — К этому.
Тихоня не притронулся к стекляшке, но ноздри его раздулись. Я слышал, будто вампиры тоже используют некру — только на свой лад. Для них она что-то вроде сильного афродизиака.
— Давно она сидит на елее?
Тихоня молчал.
— Реджис!
— Не меньше полугода, — неохотно произнес он, — Это, сколько знаю я. Возможно дольше.
— Ты имеешь к этому отношение?
— Нет. Я даже пытался заставить ее отказаться от крови, но Ли-Ши упряма.
— Ли-Ши — наркоманка! — резко сказал я, — К упрямству это не имеет никакого отношения. Ты знаешь, кто поставлял ей некру?
Вампир покачал головой:
— Нет.
— Подумай еще. Для меня это важно, Реджис. И для Ши. И для Квартала Склепов. И для всего города, черт возьми!
— Нет. Прекрати давить на меня, Сет! — раздраженно огрызнулся вампир. — Ты знаешь, как я отношусь к Ли-Ши. Если бы мне только стало известно, кто поставляет ей некру, я уже нашел бы мерзавца и сломал ему шею. Для ее блага. Но прежде узнал бы, кто делает эту дрянь. И сломал шею уже ему. Для блага гетто.
Поддавшись всплеску ярости, вышибала «Шелковой девочки» даже выпустил и снова убрал когти, точно огромный кот, крепко напугав пару посетителей, и без того напряженно косившихся в нашу сторону.
— Ты сам знаешь, насколько серьезным преступлением является производство и распространение елея, Сет, — слегка успокоившись, продолжал Реджис. — Знаешь, какие проблемы он доставляет всему гетто. Пока среди подобных мне находятся идиоты, отворяющие свои жилы для изготовления некры, смертные будут подозревать всех носферату в злоумышлениях. А это лишний повод шнырять среди наших гробов днем с кольями наперевес.
— Я верю тебе.
— Откровенность за откровенность, Сет. Какое отношение твоя охота имеет к некре?
Я подобрал пузырек из-под некры и спрятал в карман.
— Пока я ни в чем не уверен, Реджис. До недавнего времени у меня были лишь некие смутные догадки насчет возможной связи между производством некры и появлением Ренегата. А теперь мне кажется, что некто пытается убедить меня, будто такая связь существует на самом деле.
— Не понимаю.
— Я тоже не все понимаю, друг мой. У меня много вопросов и мало ответов. Но часть из них я намерен получить именно здесь. Поэтому я поднимусь к Ли-Ши и поговорю с ней. А потом спущусь, чтобы задать пару вопросов тебе.
— Если они про гетто, то я…
Ни разу не слышал, чтобы Реджис назвал Квартал Склепов Кварталом. Или, на худой конец, «Домом отсроченной смерти». Всегда только «гетто». Он из тех, кто искренне ненавидит свой дом, но не в силах с ним расстаться.
