Конец земной жизни Пресвятой Богородицы был началом Ее величия. «Преукрашенная божественною славою» (ирмос канона Успения), Она стоит, будет стоять и в день Страшного Суда и в будущем веке одесную престола Сына Своего, царствуя с Ним и имеет дерзновение к Нему, как Его Мать по плоти и как единонравная по духу, как волю Божию сотворившая и других научившая (Матф. 5, 19). Любвеобильная и милосердная, Она любовь к Сыну и Богу Своему проявляет в любви к человеческому роду, предстательствует за него пред Милостивым и, обходя землю, помогает людям.
Испытавшая все тяжести земной жизни, Заступница рода христианского видит каждую слезу, слышит каждое стенание и мольбу, обращенную к Ней. — Особенно Ей близки те, которые трудятся в борьбе со страстями и ревнуют о богоугодной жизни. Но и в житейских попечениях Она незаменимая помощница. «Всех скорбящих радосте, и обидимых заступнице, и алчущих питательнице, странных утешение, обуреваемых пристанище, больных посещение, немощных покров и заступнице, жезл старости. Мати Бога Вышняго. Ты еси, Пречистая» (стихира Одигитрии). «Надежда и предстательство и прибежище христиан», в «молитвах неусыпающая Богородица», «спасающая непрестанною Своею молитвою» (Богородичен 3-го гласа), «день и ночь молится о нас и скиптры Царствия Ея молитвами утверждаются» (повседневная полунощница).
Нет ума и слов выразить величие Той, Которая родилась в грешном человеческом роде, а стала Честнейшая Херувим и Славнейшая Серафим. «Неизреченных Божиих и Божественных тайн зря в Деве благодать являемую и исполняемую явственно, радуюся и образ разумети недоумеюся, странный и неизреченный, како избранная чистая, едина явися паче всея твари видимыя и разумеваемыя, Темже восхвалити хотя Сия, ужасаются зело умом же и словом, обаче дерзая проповедаю и величаю: сия есть селение небесное» (икос Введения во храм Пресвятой Богородицы).
Высока сия Божия скиния, ибо, родив Царя Христа, Она возвысилась паче серафимов. О, высота неудобовосхвалимая для человеческих помыслов!
А какова красота той мысленной Христовой палаты, — о сем послушай сладкоглаголивого Иоанна Дамаскина, вещающего о Ней следующее: «Она принесена Богу, Царю всех, одеянная благолепием добродетелей, как бы золотою ризою, украшенная благодатию Духа Святого, и слава Ея внутри Ея: ибо как для всякой жены слава ея — муж, приходящий отвне, так слава Богородицы внутри Ея, т.е. плод чрева Ея». И еще Дамаскин говорит, обращаясь к Ней: «О Дево Богоблагодатная, святая Церковь Божия, которую духовно создал оный сотворивший мip Соломон (Премудрый Творец мipa) и вселился в Нее! Не золотом, не бездушными камнями украшена Она, но, вместо золота, сияет Духом, вместо дорогих камней, имеет многоценный бисер Христа».
«Недоумеет всяк язык благохвалити по достоянию,
изумевает же ум и премiрный пети Тя, Богородице, обаче благая сущи веру приими,
ибо любовь веси божественную нашу,
За что был помилован Благоразумный разбойник?
«Един от обещеною злодею хуляще
Его, глаголя: аще Ты еси Христос,
спаси Себе и наю. Отвещав же другий
прещаше ему, глаголя: ни ты ли боишися
Бога, яко в томже осужден еси; и мы
убо в правду: достойная бо по делом
наю восприемлева: Сей же ни единого зла
сотвори. И глаголаше Иисусови: помяни мя,
Господи, егда приидеши во царствии си.
И рече ему Иисус: аминь глаголю тебе,
днесь со Мною будеши в раи» (Лук.
23, 39-43)
Так повествует святой евангелист Лука о глубоко назидательном и умилительном событии, об обращении и помиловании Христом разбойника, висевшего рядом с Ним на кресте на Голгофе.
Чем заслужил разбойник такую милость? Чем вызван такой скорый и решительный ответ Господа? В аду находились еще все ветхозаветные праведники, включая св. Иоанна Предтечу. В ад собирался сойти Сам Господь, правда не для того, чтобы там страдать, а чтобы вывести оттуда узников.
Не обещал еще Господь никому возвести его в Царство Небесное, даже апостолам обещал взять их в Свои обители, лишь когда их уготовит.
За что же разбойник прежде всех удостаивается милости, почему ему так быстро отверзаются двери рая? Вникнем в состояние души разбойника и в окружающую его обстановку.
Всю жизнь провел он в разбоях и преступлениях. Но видно не умерла в нем совесть, и в глубине души осталось нечто доброе. Предание говорит даже, что он был тем самым разбойником, который во время бегства Христа в Египет сжалился над прекрасным дитятей и не позволил Его убить своим сотоварищам, вместе с ним напавшим было на бежавшее в Египет святое семейство. Не вспомнилось ли ныне ему лицо того Младенца, когда он всмотрелся в лицо Висевшего рядом с ним на кресте?
