Что-то было не в порядке. Шаллан нахмурилась, подняв набросок, и увидела, что не закончила рисовать кусочек носа. В этом месте свет не скрывал ее нос полностью, и сбоку оставался смазанный просвет. Он был маленьким, и кому-то другому вполне мог показаться странным шрамом. Ей же казалось, что изъян просто бросается в глаза, и это оскорбляло ее художественный вкус.
Шаллан потрогала нос в других местах. Она немного увеличила его по сравнению со своим собственным и могла дотянуться сквозь изображение до настоящего носа. Изображение было невещественно. Более того, если она быстро проводила пальцем сквозь кончик фальшивого носа, тот размазывался, превращаясь в штормсвет, как дым, который сдувало порывом ветра.
Она убрала палец, и изображение быстро восстановилось. Просвет сбоку по-прежнему оставался на месте. Небрежный набросок, ее вина.
– На сколько времени хватит образа? – спросила Шаллан.
– Он подпитывается штормсветом, – ответил Узор.
Шаллан выудила сферы из потайного кармана. Они все потускнели – скорее всего, она использовала их во время разговора с кронпринцами. Девушка вынула одну сферу из лампы на стене, заменив ее на тусклую такой же стоимости, и сжала в кулаке.
Шаллан вернулась в прихожую. Конечно же, потребуется другая одежда. Темноглазая женщина не станет...
Самоперо двигалось, записывая текст.
Шаллан бросилась к дивану и затаила дыхание, увидев, как появляются слова.
«По всей видимости, кое-какая сегодняшняя информация будет полезна».
Простое вступление, но оно подчинялось закономерности шифра.
– М-м-м, – прогудел Узор.
Ей нужно сделать так, чтобы первые два слова ответной реплики начинались с определенных букв.
«Вы говорили то же самое в прошлый раз», – написала Шаллан, надеясь, что Узор правильно разгадал шифр.
«Не волнуйтесь, – ответил собеседник. – Вам понравится, хотя, возможно, у нас мало времени. Они хотят встретиться».
«Хорошо», – согласилась Шаллан, расслабившись и благословляя то время, когда Тин заставляла ее практиковаться в подделке почерка.
Она быстро продвинулась в этом искусстве, так как оно было разновидностью рисования, но советы Тин позволили ей теперь копировать почерк мошенницы с выдающимся мастерством.
«Они хотят встретиться сегодня вечером, Тин», – вывело перо.
Сегодня вечером? А который час? Часы на стене показывали, что была половина второго ночного колокола. Взошла только первая луна, совсем недавно стемнело. Шаллан взялась за самоперо и хотела было написать: «Не знаю, готова ли я», но остановилась. Тин никогда бы не ответила подобным образом.
«Я не готова», – написала она вместо начальной фразы.
«Они настаивают, – ответил собеседник. – Поэтому мы пытались связаться с вами ранее. По-видимому, сегодня прибыла ученица Джасны. Что произошло?»
«Не ваше дело», – вывела Шаллан, копируя тон, которым Тин пользовалась в подобных разговорах в прошлом. Человек на другом конце самопера был слугой, а не коллегой.
«Конечно, – написало перо. – Но они хотят встретиться с вами сегодня вечером. Ваш отказ может означать разрыв отношений».
Отец Штормов! Сегодня вечером? Шаллан провела рукой по волосам, уставившись на страницу. Могла она встретиться с ними сегодня вечером?
Разве ожидание изменит хоть что-то?
С колотящимся сердцем она написала ответ:
«Я считала, что подопечная Джасны у меня в плену, но девчонка меня предала. Со мной не все в порядке. Но я пошлю свою ученицу».
«Еще одну, Тин? – спросил собеседник. – После того, что случилось с Си? В любом случае сомнительно, что они захотят встретиться с ученицей».
«У них нет выбора», – написала Шаллан.
Возможно, ей удалось бы
«Посмотрим», – ответил собеседник.
Шаллан стала ждать. В далеком Ташикке ее собеседник достал другое самоперо и превратился в посредника между нею и Кровьпризраками. Шаллан решила проверить сферу, которую принесла из ванной.
Ее свет потускнел несильно. Чтобы поддерживать
Самоперо снова начало писать.
«Они согласны. Вы можете быстро добраться до лагеря Себариала?»
«Думаю, да, – ответила Шаллан. – Почему туда?»
«Один из немногих лагерей, где ворота не закрываются на ночь, – объяснил собеседник. – В одном из многоквартирных зданий ваши наниматели встретятся с вашей ученицей. Я нарисую карту. Пусть ученица подойдет туда, когда Салас будет в зените. Удачи».
Последовал набросок, иллюстрирующий, где находится нужное место. Зенит Саласа? В ее распоряжении оставалось двадцать пять минут, а она совсем не знала лагеря. Шаллан вскочила на ноги и замерла. Она не могла пойти в таком виде, одетая как светлоглазая леди. Девушка бросилась к сундуку Тин и начала рыться в одежде.
