Тактику притворного согласия считают прерогативой дипломатов.
По наблюдению известного юмориста, «чем отличается военный от дипломата, от девушки и от синоптика по образу мыслей? Если военный говорит "да", значит, да. Если военный говорит "нет", значит, нет. Если военный говорит "может быть", значит, да; если дипломат говорит "может быть", значит, нет; а если он говорит "нет", значит, он не дипломат. Если девушка говорит "нет", значит, нет; если "может быть", значит, да; а если она говорит "да", значит, она не девушка. Если синоптик говорит "да", значит, нет; если он говорит "нет", значит, да; а если он говорит "может быть", значит, он не синоптик».
Амбициозно-эгоцентрическая тактика
Она чаще всего предполагает отрицание всех и вся и абсолютизацию собственной позиции. Ее приверженцы действуют, Руководствуясь лозунгом «Есть два мнения: одно мое, другое ошибочное».
Французский живописец Густав Курбе отличался крайним высокомерием в оценках и неуважительно отзывался о классиках с мировыми именами:
— Я не желаю быть ничьим продолжателем и подражателем. Я не классицист, не академист, не романтик, я представитель своего направления в живописи. Я — «курбетист»!
Не церемонился он и с современниками.
— Какую, однако, дрянь ты им посылаешь в Салон. Ну ничего — зато, как их это позлит! — заявил он однажды Клоду Моне, считавшемуся его другом.
Не лучше он обращался и со сравнительно высоко им ценимым Камилем Коро.
— Коро? Ах, это тот, который постоянно пишет одних и тех же нимф, пляшущих на фоне одного и того же пейзажа? Вы это называете искусством?
Но в разговоре с самим Коро он иначе расставлял акценты.
— Ну скажи мне, Коро, сколько во Франции настоящих художников? Я… — и после паузы добавил: — Ну, еще ты.
Коро позже признавался:
— Я совершенно уверен, что, не будь меня рядом, он бы ни слова не прибавил к своему первому заявлению!
Конфронтационная (тактика противоборства) и наступательная тактика
Отец живописца Эдуарда Мане был судьей. Как-то по его приглашению в дом зашли сослуживцы. Один из них, очевидно, услышав об увлечении сына судьи живописью, насмешливо-небрежно поинтересовался:
— Вы ведь пишете картины. У вас, юноша, что же, и талант есть?
— А у вас-то он есть? — резко отреагировал Мане.
Отец сразу вывел наследника в соседнюю комнату и начал воспитывать:
— Тебе следовало знать, что человеку, который хочет стать живописцем, талант необходим, поэтому вопрос моего сослуживца вполне закономерен. А вот твой вопрос неприличен — ведь судейскому талант как раз не обязателен.
— Папа, — огрызнулся Мане, — но ведь ум-то судейскому необходим!
Тактика упрямства
