"Завтрак съешь сам, обед раздели с другом, ужин отними у врага", как говорят орки. И мои легионеры были в курсе, что обозы с припасами будут – в лучшем случае – завтра вечером. Так что если они не разобьют эльфийскую армию и не захватят ее лагерь, то и вправду останутся голодными.
Шутки шутками, но порой именно подобные мелочи решали исход крупнейших сражений. Во время осады Урразом Иллириена плохо подкованный конь Высокого лорда Луэра стоил эльфам Крылатой сотни.
В прежние времена этот отряд стоял на одной ступени с Кипарисами и Тиграми. Но, в отличие от Кипарисов и Тигров, которых набирали из Младших одноименных домов, в Крылатую сотню входили только Старшие. Зачастую наследники первой или второй ветви. Высшая знать империи на прекрасных лошадях, призерах скачек, в лучших доспехах, настоящих шедеврах древних гномьих мастеров, вооруженные фамильным, передававшимся от отца к сыну оружием и сильнейшими артефактами древности… Все они погибли на пиках орков при неудачной вылазке из Иллириена, выполняя неправильно понятый приказ лорда Луэра. Возможно, тот смог бы их остановить, но прямо перед самоубийственной атакой Высокий лорд неудачно упал с захромавшей лошади, свернув себе шею.
А сын Урраза – Разрог – проиграл сражение из-за съеденного незрелого яблока, хотя тут хронисты расходятся во мнении: кое-кто утверждает, что Разрог был отравлен. Прямо на поле битвы у орка разболелся живот. Он оставил руководство сражением на помощников, а сам удалился с целителем в свой шатер. Когда целитель поставил его на ноги и Разрог вернулся на поле битвы, сражение было уже проиграно.
Так что не стоит недооценивать незначительные на первый взгляд мелочи.
Потому-то я и не спешил с атакой, давая голодным ушастым сполна насладиться эффектом пропущенного завтрака. Сами эльфы лезть на пики орков тоже не спешили. Еще бы, это им не в спину бить! В этом-то ушастые не знают себе равных. К тому же еще и численный перевес был на моей стороне.
Единственная крупная стычка произошла днем, около полудня. Примерно в одно и то же время мне и лорду Нивину пришла в голову идея посмотреть, а что, собственно, творится в тылу у неприятеля. Я послал две сотни всадников Алраля в обход рощи – точнее, ее остатков – на моем левом фланге. Тому, что сотворили эльфийские маги с бедными деревцами, достойное название придумать было сложно; тоже мне, лесной народ. Лорд Нивин – бывают же совпадения! – послал тоже примерно две сотни, но со своего правого фланга.
Отряды встретились аккурат на середине пути, и после короткой, но яростной стычки откатились обратно.
Больше особых телодвижений ни с моей стороны, ни со стороны Нивина не было.
Подо мной возмущенно всхрапнул Ветер. Затем конь повернул ко мне голову и, с укором во взгляде, гневно заржал, ударив копытом в землю. Похоже, и ему до смерти надоело это дневное стояние.
– Самое время ударить, сир, – обронил Рунк, задумчиво всматриваясь в эльфийские порядки.
– Хорошо, – кивнул я в ответ, успокаивающе похлопав Ветра по шее. – Начинаем атаку.
Чувствуя себя участником дешевого уличного спектакля, я надел на голову глухой шлем и поднял вверх руку, закованную в тяжелую латную перчатку. Подождав пару мгновений, я картинно махнул ей в сторону эльфов. Гром барабанов разорвал воздух, и моя армия двинулись в сторону эльфов. Первое сражение похода, который намного позже назовут Проклятым, началось.
Обрадованный Ветер рванул вперед, взяв с места в карьер. Мне пришлось умерить его пыл, грубо натянув поводья и заставив перейти на медленный шаг, за что я заработал еще один укоризненный взгляд боевого коня.
Сперва движение к эльфам начала вся моя армия. Но затем, слегка сократив расстояние между двумя армиями, непосредственно в атаку двинулись лишь три легиона. Второй по центру, четвертый и пятый на флангах. Причем идущий по центру второй легион наступал медленно и даже как-то лениво. А четвертый и пятый, наоборот, вырвались вперед и, пользуясь преимуществом в численности, стали понемногу охватывать фланги эльфийской армии.
Со стороны эльфов звонко запели сигнальные рожки.
– Чего это они засуетились? – привстал в стременах Мезамир.
– Сейчас на четвертый легион обрушится эльфийская кавалерия, – ответил я.
– С чего ты взял? И почему именно на четвертый? – заинтересовался Мезамир.
– Смотри сам, – пояснил я. – Пятому легиону охватить эльфийский фланг не удастся. Ему мешает то, что от осталось от рощи. Если легион туда сунется, то собьет строй, а эльфы, если не дураки, тут же его контратакуют. А вот за свой левый фланг ушастые должны поволноваться. Невысокий пологий холм, на котором он расположен, – позиция не слишком сильная. Если четвертому легиону удастся его охватить, у лорда Нивина начнутся проблемы.
