Слово павшего полностью

И не только здесь. Но ей об этом знать необязательно. Я призадумалась, лихорадочно выискивая в ее словах слабое место, за которое можно было бы уцепиться. Русские просто так не сдаются! Я не позволю банально использовать себя! И тут вспомнила свой первый разговор с Яти.

– У нас в мире принято за работу платить, – мстительно сообщила я. – И что вы можете мне предложить в качестве платы? Спасать мир – не моя обязанность, вы сами это сказали. Значит, моя работа. А я бесплатно вкалывать не собираюсь.

– Тебя вернут назад – этого мало? – удивилась Магистр.

Вот оно! Я торжествующе прищурилась, и жгучая ярость моментально сменилась холодным, отрешенным спокойствием. Бурная слезная истерика, полная патетических обвинений, которую я собиралась обрушить на свою собеседницу, – исчезла без следа, когда… пробудившееся нечто вновь дало о себе знать. Как и на свадьбе, оно выползло из своего темного уголка, отправив несдержанную, обидчивую Касси на перекур. И я не узнала свой собственный голос, с нагловатым презрением произнесший:

– А мне и здесь хорошо. Я нахожусь дома, не забывайте, почтенная, – и я обезоруживающе улыбнулась. – Я дала людям Слово, и я его сдержу, но выгнать меня из этого мира никто не сможет. Я считаюсь пришельцем… и очень хотела бы посмотреть на того, кто осмелится вышвырнуть меня отсюда силой.

Моя собеседница резко выпрямилась, и на мгновение мне показалось, что в ее глазах мелькнул страх.

Обычный страх, который испытывали простые смертные при виде павшего воина. Подобно тем людям на свадьбе. Этот-то страх и опустил ее с небес на землю, приравняв к простым смертным, к самым обычным людям.

– Мир не позволит… – начала она.

Я фыркнула:

– Да неужели? Но, по-моему, до сих пор он не возражал против моего присутствия.

Магистр молча и изучающе смотрела на меня, словно пытаясь проникнуть в мою душу, прочитать мои мысли, но это оказалось не так-то просто. Я уже полностью освоилась с вмешательством нечта, поняла его и прекрасно смогла ему подыграть. Так, значит? Я здесь – пустое место, игрушка, которую не жалко, использовав и сломав, выбросить на помойку? Которую можно презирать и унижать, веря, что ничего тебе за это не будет? Потому что Магистр – выше какого-то проклятого павшего воина?

Гм…

Ошибочка вышла. Это мы – выше. Потому что сильнее. На порядок сильнее всех. И не нас используют, а мы. Кого захотим и когда решим. Я вспомнила Райлит в тот момент, когда она разговаривала с вайлиной. Да, именно так: это мы используем. И если мною намереваются руководить, как безмозглой марионеткой… Что ж, меня связало по рукам и ногам случайное Слово… Но не с Магистром. Лично ей я ничего не обещала. Я дала его миру – и людям. Но не ей. И, прежде чем я снова влезу не в свою шкуру, кое-кто здесь будет меня уважать!

Я откинулась на стуле, отстранение наблюдая за Магистром, а той явно стало не по себе от моего взгляда. К ее чести, она не отворачивалась и ничем себя не выдавала, но я это знала. Чувствовала. Видела ее насквозь. Перед моим мысленным взором пронеслась вереница многочисленных жизней, принадлежащих сидящему напротив человеку. И я вспомнила ее страх.

Магистр всегда боялся нас, и особенно потому, что мы легко могли его свергнуть и назначить нового. И передать тому новому силу всех стихий, которую должен иметь при себе наместник Хранителей. В нашей власти было многое – весь мир. Полностью.

– Боишься? – тихо поинтересовалась я и сама ответила за нее: – Боишься. Потому что видишь, что я кое-что вспомнила. И продолжаю вспоминать. Очень быстро.

– Чего ты хочешь, павший? – тусклым, безжизненным голосом спросила она.

Передо мной сидела обычная земная девушка с испуганным мрачным взглядом, растерянная и подавленная. Но я и не подумала ее жалеть. Таким только дай поблажку, только покажи свою слабость…

– Попроси меня. – Я не сводила с нее внимательного взгляда. – Попроси меня о помощи. Не решай за других, не приказывай им и не повелевай тем, что тебе неподвластно. Попроси меня.

– Я… прошу тебя… от имени мира. – Слова давались моей собеседнице с явным трудом: как и я сама, она не любила просить… Она просто не умела этого делать.

– Мир и сам может это со мной обговорить, – мягко возразила я, совершенно себя не узнавая и в душе поражаясь тому, что говорю. – Ты, наместник Хранителей, вождь людей – попроси меня… глядя мне в глаза.

Девушка взглянула в мое лицо с откровенной ненавистью. Я продолжала улыбаться, хотя… у другой меня душа от страха ушла в пятки. Но – это ведь всего лишь роль. Старая, почти забытая роль, случайно обнаруженная в закромах памяти и совершенно случайно оказавшаяся изнанкой моей прошлой жизни.

– Я прошу, – официально произнесла Магистр. – Я прошу тебя, павший, помочь миру, людям… и мне.

– Ладно. – Поразмыслив для видимости и подождав, пока надменная девица побледнеет от гнева, я произнесла: – Я согласна. Я буду изображать спасительницу до поры до времени. Но – с одним условием.

– Твое Слово, – напряженно ответила она. – Прежде – твое Слово.