— Господин президент, вы являетесь экспертом по национальной безопасности и международным отношениям, — сказал Пламер, опередив своего коллегу. — Но у нашей страны немало и других трудностей. Сейчас вам нужно восстановить Верховный суд. Как вы собираетесь сделать это?
— Я поручил Министерству юстиции подготовить для меня список опытных судей из состава федеральных апелляционных судов. Сейчас я изучаю этот список и надеюсь представить кандидатуры для их утверждения Сенатом в течение двух ближайших недель.
— Обычно Американская ассоциация адвокатов помогает правительству в подборе таких судей, но вы, по-видимому, решили поступить по-другому. Позвольте поинтересоваться, сэр, почему?
— Джон, все судьи в этом списке уже прошли процесс такого отбора, и после этого они служили в апелляционных судах не меньше десяти лет каждый.
— Этот список был подготовлен прокурорами? — спросил Доннер.
— Опытными высокопоставленными профессионалами Министерства юстиции. Во главе этого процесса стоял Патрик Мартин, несколько месяцев назад назначенный директором Департамента уголовного права. Ему помогали другие сотрудники министерства, в том числе директор Департамента гражданских прав.
— Но это все прокуроры или люди, обязанность которых заключается в том, чтобы вести следствие. Кто рекомендовал вам Мартина?
— Действительно, лично я плохо знаком с персоналом Министерства юстиции. Исполняющий обязанности директора ФБР Мюррей порекомендовал мне мистера Мартина. Он отлично проявил себя при расследовании обстоятельств катастрофы, когда авиалайнер врезался в Капитолий, и я попросил его подготовить для меня этот список.
— А вы с мистером Мюрреем в течение длительного времени были друзьями?
— Совершенно верно, — кивнул Райан.
— Во время одной из разведывательных операций мистер Мюррей сопровождал вас, не правда ли?
— Извините, я не понял, — сказал Райан.
— Я имею в виду операцию ЦРУ в Колумбии, когда вы принимали участие в уничтожении медельинского наркокартеля.
— Том, я говорю вам последний раз — я отказываюсь обсуждать разведывательные операции, состоявшиеся на самом деле или придуманные вами.
— Но, господин президент, в результате этой операции погиб адмирал Джеймс Каттер, — продолжал Доннер с деланно искренним выражением сожаления налицо. — Сэр, о вашем пребывании в ЦРУ ходит множество слухов. Рано или поздно они превратятся из слухов в реальные повествования, а сейчас у нас появилась возможность рассказать правду о случившемся, и чем быстрее, тем лучше. Вы не были выбраны президентом США и потому ваше прошлое не подверглось тщательному изучению, как это обычно происходит с кандидатами на выборах. Американский народ хочет знать, кто является их президентом.
— Том, мир разведки является секретным миром. Так и должно быть. Наше правительство занимается многими проблемами и далеко не все нужно обсуждать открыто. У каждого из нас есть секреты. Каждый телезритель, наблюдающий за этой трансляцией, имеет секреты. Они есть и у вас. Что касается правительства, сохранение этих секретов является жизненно важным для существования нашей страны и, между прочим, для безопасности людей, заботящихся о ее благополучии. Было время, когда средства массовой информации уважали это правило, особенно в военное время, но и в другое тоже. Мне хочется, чтобы вы приняли это во внимание.
— Но в какой момент, господин президент, секретность начинает нарушать наши национальные интересы?
— Вот почему существует закон, дающий право Конгрессу вести наблюдение за разведывательными операциями. Если бы эти решения принимала одна исполнительная власть, тогда у вас были бы основания для беспокойства. Но дело обстоит по-другому. Конгресс также контролирует наши действия. Я сам неоднократно информировал Конгресс о том, чем мы занимаемся.
— Так проводилась ли секретная операция в Колумбии? Вы принимали в ней участие? Даниэл Мюррей сопровождал вас после смерти тогдашнего директора ФБР Эмиля Джейкобса?
— Я ничего не могу сказать по этому вопросу или по остальным, которые вы задавали на эту тему.
Наступил очередной перерыв для рекламы.
— Почему вы делаете это? — Ко всеобщему изумлению прозвучал голос Кэти Райан.
— Миссис Райан...
— Доктор Райан, — тут же поправила она Доннера.
— Извините меня. Доктор Райан, этим утверждениям нужно наконец положить конец, и единственный способ сделать это — сказать правду.
— Мы уже сталкивались с этим. Было время, когда люди пытались разрушить нашу семейную жизнь, — и тогда все это тоже оказалось ложью, и...
— Кэти, — негромко произнес Джек. Она повернулась к нему.
— Я ведь знаю об этом, Джек, помнишь? — прошептала она.
— Нет, не знаешь. Во всяком случае не все.
— Вот в этом-то и дело, — заметил Доннер. — На основании таких слухов начнутся расследования. Люди хотят знать правду. Люди имеют право знать правду.
