Словоплёт полностью

Но ещё не отгремели все свадьбы, справлявшиеся обычно в это время года, как пришло письмо от князя Карлая — теперь соседа королевны. Дядя Герен ненавязчиво интересовался её здоровьем, здоровьем Шанарана и Шанасаннана, рассказывал о погоде и успехах в сборе урожая (эта тема была Сантинали теперь близка как никогда), а также сообщал, что хотел бы обсудить различные дела, и не хотела бы она по этому поводу пригласить его в гости.

Официальный визит от дружественного соседа — обычное дело, особенно если вас объединяет одна беда. Написать ответ с приглашением было делом нескольких минут. Уже утром гонец отправится в Левон. Но прежде чем положить письмо в стопку для отправки, Сантинали закрыла глаза:

— Шанаран.

И только через пять долгих вдохов в её голове прозвучал ответ:

— Я здесь, Санти.

Его голос казался немного тягучим, как сироп.

— С тобой всё в порядке?

Опять неестественно длинная пауза:

— Нет. Я спал. Что случилось, Санти?

— Дядя Герен хочет приехать. Я собираюсь отправить ему приглашение.

— Хорошо.

— Хотела уточнить у тебя как вы отнесётесь к его приезду.

— Странно, что он так долго терпел и хочет приехать только сейчас. Я ждал его раньше.

— То есть, я его приглашаю.

— Да.

Королевна вздохнула.

— Шанаран?

— Я здесь.

— А почему ты так рано спишь? Ещё небо на западе не потемнело.

— Я устал.

— Устал?

Такое объяснение звучало неправдоподобно: после адонала Шанаран буквально расцвёл. Мебель в его комнатах больше не стояла вкривь и вкось, он быстро набрал вес перестав походить на ходячий скелет, и сколько Сантинали помнила, больше не валился с ног после походов в город, где они с Шанасаннаном ставили печати. Почему же он устал сейчас? Может, это из-за дождей? Ведь она тоже в последние дни ходила разбитая и невыспавшаяся.

В этот раз молчание было настолько долгим, что Сантинали решила, что ша в этот раз решил вообще не отвечать, видимо, сочтя её вопрос риторическим.

— Чем ты занимаешься в последнее время? — Колдунья решила не отставать. В конце концов, должна же она знать, что за дела отнимают все силы её колдуна!

— Трейкен так долго не объявлялся, что я решил продолжить поиски стрелка самостоятельно, — наконец, словно нехотя, ответил Шанаран. — Это забирает много времени и сил.

— Может, раз он написал сейчас, ты остановишься на время? Вы с Ренаном и так делаете очень много. Да и занятия с Миртом…

— Одно из покушений в Хакаре чуть не увенчалось успехом. И его почерк слишком подозрителен: неуччтённые амулеты, слишком хорошая осведомлённость убийцы в твоих привычках… Я не могу оставить это на полдороге.

— Ты у себя?

— Да, — колдун был явно обескуражен такой резкой сменой темы.

— Я сейчас приду. Никуда не уходи, — королевна решительно поднялась из-за стола и направилась к дверям. Её ужасно раздражала такая манера разговаривать: лица собеседника не видно, полагаться можно только на интонации призрачного голоса в голове. А королевна уже слишком хорошо знала, что доверять ему не стоит.

— Куда я денусь, — едва слышно мелькнула в голове Сантинали не её мысль.

Дверь колдун предусмотрительно отпер, и королевна застала его тщетно пытающимся привести себя в порядок. Особого результата это не дало: отросшие за последние месяцы волосы топорщились, рубашка, хоть и застёгнутая сейчас на все пуговицы, была безвозвратно измята, а на правой щеке краснел след — колдун заснув подложил под голову руку вместо подушки.

— Что случилось, Санти?

— Хочу убедиться, что с тобой всё в порядке, — королевна подошла к Шанарану почти вплотную и всмотрелась в его лицо. Тот, не ожидавший такого напора, слегка попятился. — Мне уже хорошо известна твоя тяга к саморазрушению.

Глаза колдуна расширились от возмущения: надо же, семисотлетнее существо обвинять в тяге к саморазрушению!

— Со мной всё в порядке, — всё равно он говорил слишком медленно и тягуче. Да, выглядел Шанаран сейчас намного лучше, чем в любой момент своей жизни в Ясеневой Роще, но что-то королевне не давало покоя.

— Ладно, — Сантинали отступилась, словно поверила. — И что тебе удалось выяснить?