- Если хотел со мной поговорить, почему не один прошёл? – спросила она, приподняв бровь вверх и скользнув с неприязнью взглядом по Есиславе. Не нравилась она ей. Помнила ее слова и то, как отвадить от нее одаренного старалась.
Данияр накрыл пальцы девушки своей рукой, которые переместились ему на плечо, и мягко отвел их в сторону, освобождаясь от ее прикосновений. Слегка поведя плечом в сторону, будто скидывая с себя тяжкий груз, он направился к ней.
- Светомира, я могу увести тебя в Новые земли спрятать там, да так, чтобы никакая гниль, никакое зло очей твоих не коснулось, но судьба иначе распорядилась, не могу я теперь тебя своею назвать.
- В покоях моих ты более смелым был и прощения готов был вымаливать… Светозара испугался, - ухмыльнулась Светомира, - вон, как он тебя, - многозначительно окинув его взглядом, девушка покачала головой и поджала губы, изображая жалость. – Даже обруч нацепил, чтоб послушен был, не так ли?
Данияр с шумом втянул в себя прохладный воздух, плотно сомкнул глаза, и встряхнул головой, прогоняя непрошенные мысли прочь и скрывая злость. А зол он был… Но, что поделаешь? За свои поступки надо отвечать, и раз уж Есислава понесла от него, то и быть он обязан с ней, и как бы его сильно не тянуло к Светомире, он вынужден отказаться от нее. А ведь она пришла к нему, поджидала его внизу, и бросается сейчас словами резкими лишь потому что обида ее гложет из-за того, что Есислава за ним прибежала, да его слова ее задели. Вымолил бы он у нее прощение, заставил бы позабыть все невзгоды.
Бедная девочка… Так хотелось подойти к ней, обнять, поцеловать так, чтобы у нее голова пошла кругом, хотелось чтоб с ним всю усладу ласк познала, а не с этим… Что лишь мечом размахивать умеет, да команды отдавать.
Будь проклят тот день, когда он пригрел Есиславу! Будто и не он был в те дни, жил не своей жизнью, словно навязали ему мысли непристойные, разума, памяти лишили. Да что говорить, хорошо с ним боги поигрались, вдоволь насмеялись. Любит одну, жизнь ради нее отдать готов, а будет с другой, с той, что ребенка его носит.
Рассказать бы все Светомире, объясниться, но так лишь ее мучать дольше будет, да и про Есиславу слухи непристойные пойдут. Ни к чему ей разговоры о том, что нагуляла. Пусть она считает его недостойным ее, пусть думает, что он трус, лжец, но не вспоминает о нем с горестью.
Еще раз тяжело вздохнув, он ухмыльнулся, лукаво прищурившись, и произнес:
- Да вот, хотел посмотреть побежишь за мной или нет. Послушен я никогда не буду. Ни перед тобой выслуживаться не будут ни перед Светозаром. Рассчитывала, что буду прощение замаливать? Светка, ты так и осталась наивной девкой. Немного словами тебя обогрел, дал услышать то, что тебе хотелось, а ты уже и руки ко мне протянула. Думал я, поумнела ты, а вижу, такой же и осталась. Вот тебе урок: никогда не верь словам, пустые они. Настолько доходчиво тебе никто бы не объяснил, лишь я, пусть и жестко.
Щеки Светомиры пылали, горло перехватил спазм. Каков наглец! Сделав пару шагов навстречу к нему, она замахнулась и отвесила звонкую пощёчину, вложив в нее всю силу, обиду, которая лежала на ее сердце. Огонь сорвался с ее пальцев и обвил шею мужчины подобно веревке.
Данияр лишь улыбнулся разбитым ртом на ее действия и перехватил ее руку.
- Никогда не бей того, кто сильнее тебя, - глядя ей в глаза произнес он и отбросил ее ладонь в сторону.
Слезы наворачивались на глаза, хотелось впиться ему ногтями в лицо и царапать, раздирать его кожу, пока он не ответит, за что он с ней так жестоко поступил?! Предатель! Она непременно бы спросила бы его об этом, не будь тут рядом этой девки – Есиславы, на губах которой блуждала улыбка, которую та то и дело пыталась смахнуть. Ее торжество было видно, и было оно такое едкое, что отравляло все вокруг.
Светомира еле сдерживалась, чтобы не наброситься на нее.
- Ты тоже осторожнее будь, а то ведь участь твоя незавидна. Быть на послужении у сварливой бабы, что тебе команды отдает словно псу цепному, как бы беды не случилось.
Есислава задохнулась от возмущения. Как она смеет такое говорить! Недавно гниль в себе носила, а нос вверх подняла будто только огонь в ней с рождения был. Хотела она Светомире слово сказать, но одернул ее Данияр. потянул за руку и сказал:
- Идем, - а потом наклонился и прошептал, - только молчи, прошу тебя, молчи.
Жгучие слезы побежали по щекам Светомиры как только они скрылись за поворотом. Неужели Есислава все это подстроила, чтобы унизить ее? Растоптать, показать, что Данияр теперь ею околдован! Вот она настоящая ведьма, хоть и тьму в себе не держит, а сердце злобой наполнено.
Тихонечко прикусив губу, чтоб сдержать рвущиеся рыдания, она прислонилась к холодной стене и сползла вниз, обняла колени руками, положила на них голову. Ну Есислава, ну гадина! А Данияр каков?! Ведомый мужчинка! Ненавижу!
- Светомира! – услышала она над собой голос Светозара.
Плача, она не услышала, как он подошел. Его рука осторожно коснулась волос, пригладила их, опустилась на плечи.
- Что случилось? – притягивая ее к себе, спросил он.
