- Я сама тьма, - ответил Радимир и повернулся к ней, внимательно всматриваясь в лицо. - А ещё огонь. Поэтому если сама не пойдёшь я потащу тебя за цепь. Перекинуть через плечо увы не могу, придётся потерпеть.
Слезы покатились с новой силой.
- Обещай не мучить.
- Обещаю, - согласно кивнул он и подойдя к Жилде потянул за руку. - И имя тебе дам другое, забудешь ты про свою долю, не будешь более жертвой.
Девушка медленно последовала за ним.
Идти было тяжело. Рану жгло, а каждый шаг отдавал болью, которая разливалась по всему телу. Девчонка мялась на месте, оглядывалась, обшаривала взглядом стены. При первой же возможности улизнет, сама пойдёт к Светогору. Её пугала неизвестность. Теперь он понимал слова правителя, она действительно впитала в себя своё предназначение - быть жертвой. А та попытка что-либо изменить, лишь глубже потянула её в пучину безысходности.
- Я знаю о чем ты думаешь, не стоит забивать себе голову подобной чепухой. Лучше подумай о своем новом имени. Как бы ты хотела, чтобы тебя называли?
Не услышав ответа Радимир повернул шею и с изумлением взглянул на Жилду. Глаза девушки были широко распахнуты, ладонь прижата ко рту.
- Что случилось? - отнимая её руку от лица, насторожено спросил он.
- Твари! Их нельзя убивать! Они только этого и ждут.
Радимир нахмурился, прищурил глаза. Своя ли воля у неё? Али кто её себе подчиняет? Осторожно спросил:
- Отчего же нельзя? Али беда какая случится?
- Падёт щит. Ведьмы придут сюда, тьма поглотит всё вокруг.
- Отчего же ты решила, что так будет?
- Светогор так сказал. Поторапливаться надобно, а коли жертва не передана свету, то всё живое гнилью станет.
- Не слушай правителя. Нагнетает он. Да и тварь только одну уберут, а вторую уж после свадьбы.
Жилда вновь изумлённо оторопела.
- Светомира и Светозар вскоре поднимут брачный кубок.
- Она ведь должна меня убить?
- Убьёт другого, тебя это не должно заботить. Нам бы продержаться немного, а после я тебя выведу. Как тварь последняя падёт, видят боги, выведу.
Жилда сделала рваный вдох, переходящий в всхлип и ещё раз уставилась на окно. Её лицо было столь напряжённым, что Радимир нехотя тоже присмотрелся за происходящим.
Светозар как раз раздавал последние указания у самого щита. Он уделил подготовке особое внимание. Радимир ни раз слышал, как он тренирует свой отряд и удивлялся стойкости его людей. Он их гнал до изнеможения, требовал чтоб они умели сражаться с повязкой на глазах и могли взять свой меч любой рукой.
Его зычный голос и последнее наставление были хорошо слышны:
- Сегодня вы вступаете в бой не для того, чтобы сохранить свои тела, но для того, чтобы в сохранности остались наши сердца.
Его рука высоко подняла меч в призыве.
- Да будет так! - вторили ему воины поднимая свои мечи.
К ним через толпу вели большого коричневого быка. Животное упиралось, мотало головой из стороны в сторону и протяжно мычало. Копыта оставляли за собой глубокие борозды, а цепь была сильно натянута.
Чтобы провести его быстро, Светозар приказал задействовать силы одарённого. Ему было необходимо провести быка за щит и там закрепить цепь за заранее вбитый в мёртвую землю кол.
Когда тварь прибежит рвать добычу, одарённые вместе с воинами её окружат, загонят в круг и, если одарённые успеют, заключат её в щит.
План был хорошо, но тварь была не одна. Для второй тоже было уготовано подношение, только вот она вряд ли выберет быка, коли перед ней будут люди.
Остаётся надеяться, что вторая тварь запоздает и её смогут отвлечь одарённые вместе с горящими стрелами его воинов.
Когда бык проходил мимо Светозара, тот хорошенько порезал ему бок, чтоб привлечь тварь запахом крови.
- Силу по пусту не тратить! И так она утекает слишком быстро среди этой гнили, - обернувшись к отряду, приказал Светозар и первым, вслед за быком шагнул за щит.
Остальным, одним движением руки, велел оставаться позади, выходить лишь когда тварь будет отвлечена животным. В тайне он надеялся, что тварь, увидев его, забудется и подойдёт слишком близко, чтоб он смог один справиться с ней и не рисковать своими людьми.
Комки зловонной жижи летели в разные стороны, бык уже не просто мычал, а пронзительно ревел. Его тушу тащили прямо по жиже, он настолько сильно упирался, что упал, подчерпнув ртом гниль.
Напряжение повисло в воздухе. Обречённый, жуткий рёв быка сдавливал голову, учащал сердцебиение, вгоняя в страх.
Среди людей повисла мёртвая тишина, все наблюдали за животным и его безуспешными порывами освободиться. Бык, словно ошалелый, рвался вперёд и тут же заваливался назад, удерживаемый толстой цепью, которая до крови впивалась в его могучую шею.
Светозар был напряжён, он всматривался вдаль стараясь приметить тварь и надеялся, что они прибегут порознь и с большим отрывом, иначе им придётся худо. Всё его отчаяние, от произошедшего с матерью и отцом, давало силы бороться, рвать тьму на части.
Едкий, визгливый вой содрогнул людей, вызвал еле слышный гул голосов, наполненый страхом. Многие сделали шаг назад.
