Боль колола ребра, сознание ускользало, жар наливал тело тяжестью, озноб, смешиваясь со страхом, раздирал крупной дрожью. В голове стоял мерзкий, пропитанный яростной злобой шепот Буданы: «Ты мертва, пока мы не скроемся за тьмой, а после беги».
Недоверие и страх погони терзали Жилду. Она ушла уже достаточно далеко, скрылась меж стволов высоких полуголых деревьев, но ощущение, что все было подстроено специально, чтобы поиздеваться над ней не покидали ее. Ведьмы упиваются болью, с радостью внимают страданиям других, отчего же ее просто так отпустили?!
Ощущение загнанной дичи разъедало своей горечью. Каждый валун, каждый раскидистый густой куст выглядел как место, откуда на нее может наброситься порождение тьмы.
Задыхаясь от быстрого шага, от бешено колотящегося сердца, которое все не могло уняться, глаза Жилды шарили вокруг, боясь упустить ловушку, которые ведьмы оставляли за собой.
Крик вырвался из ее горла, когда перед ней выросли сломанные тела, лежавшие вокруг большой ямы. Часто задышав, Жилда закрыла ладонями рот и опустилась на землю. Еле слышный звук мгновенно привлек ее внимание. Она задержала дыхание, боясь дышать. Мужской хрип, переходящий в кашель, сжал ее грудь в тиски сковывающего ужаса.
- Кто здесь? – раздался хрипящий голос Светозара.
Вымазанный в грязи, он сидел согнувшись на еле заметных выступах внизу ямы. Настороженный, готовый накинуться на любого, кто представляет угрозу, воин внимательно смотрел вверх. Беспокойство холодило и без того прозябшее тело, по сведенным вместе пальцам пробегала дрожь. Его дар прощупывал приближающегося человека, искал в нем гниль. Никаких больше ошибок! Никакого промедления!
Они и так слишком сильно поплатились. Слишком спешили, потеряли всякую осторожность в желании поскорее нагнать ведьм. На них напали внезапно. Отравленные стрелы засвистели в воздухе. Первая же из них попала в руку Радимира.
Упав на колени, он поднялся со злобной усмешкой. Земля под ним поднялась, пришла в движение. Заметив ведьму с таким же даром как у него, Радимир обрушил на нее свою силу. Тьма выходила из него быстро, слепила своей мощью. Он пытался убрать всех сильных рожденных ведьм. Придавливая их тела одним стволом дерева, ломал им ребра другим.
Яд начинал действовать. Руки перестали слушаться, ноги подкашивались, мысли путались, перед глазами то и дело темнело. Осознав, что вскоре падет, он выпустил огонь. Его боевая цепь, охваченная живым огнем, душила ведьм, сворачивала им головы. Радимир боялся не успеть, выпускал силу бесконтрольно. Он едва успел выпить противоядие, которое всем раздал Светозар, сказав, что идти на ведьм без зелья глупо, прежде чем перед глазами потемнело.
Твари с горящими глазами и торчащими клоками шерсти неслись на них щелкая пастями. С их клыков капала желтая с красными вкраплениями слюна, облезшие морды, чем-то напоминали волков, только были они в разы больше и вместо ушей торчала обвисшая кожа с выступающими хрящами. Их лапы неестественно выгибались назад, а хвосты торчали выпирающей оголенной костью.
Меч Светозара рассекал воздух, под ногами скопилась груда павших тварей. Он едва успевал заслоняться от редких, прицельных стрел с острым, каменным наконечником. Из его груди пробивалось слабое свечение, тянущиеся корни не трогали его, а порывы ветра не сбивали с ног.
Рядом с ним сражался Данияр. Он сковывал ведьм цепью, ронял их на колени. Металлические шары били по головам, разбивая их в кровь.
Одаренного оплетали корни, которые скользили от ног вверх к животу, и сдавливали с такой силой, что от боли мутнело в глазах. Земля под ногами расходилась в разные стороны, норовя утянуть его вниз. Кинжал, направляемый даром, вокруг него рубил тварей, сам он пытался справиться с кореньями, обжигал их огнем, не позволяя подняться выше, но они его тянули вниз, прямо в глубокую яму расступившейся земли. Не устояв на ногах, он пошатнулся и заскользил вниз.
Грудь сдавило, кожу разрезал наконечник стрелы. Одаренный упал на землю, из горла вырвался хрип. Конечности быстро немели, пальцы не слушались. Дар бесконтрольно вырывался наружу, окрашивая небо огнем. Совладать с собственными руками было тяжело. Притянув колени к подбородку, Данияр запустил поледеневшую ладонь в карман. Лишь бы не уронить! Лишь бы пузырек коснулся губ! Скрюченными пальцами он сжал прохладное стекло, достал его и уронил в рыхлую землю. Выругавшись, согнулся, подполз к пузырьку, прижал его рукой и схватил зубами пробку. В горло полилась обжигающая жидкость.
Остатки дара волной ринулись на ведьм. Из последних сил, он взмахнул рукой в нужном направлении, вновь направляя упавшую цепь на ведьм. Тьма не заслужила жизни!
Холодный металл оплетал шеи гниль носящих, душил их, выбивая предсмертные хрипы. Последняя вспышка огня окрасила небо ярким заревом. Данияр закрыл глаза.
Земля вокруг дрожала, но новых ям не появлялось. Силы ведьм заканчивались.
Тварей почти не осталось. Оставшиеся порождения тьмы выли, угодив в ров.
