Светомира потянулась к нему, хотела прижаться, прислонить свою голову к его груди, но сделав шаг вперед, застыла на месте, заметив, как мужчина пятится от нее. Одеяло скользнуло вниз, растеклось по грязным доскам белым пятном, руки обвисли вдоль туловища, обмякли, словно тряпичные.
- Оденься не искушай, - севшим голосом произнес Данияр.
- Я такая же, я не изменилась.
- Ты очень изменилась Светка, думал я, что кручина тому виной, а тут вон что…
Светомира закуталась по самый нос, задышала ртом, чтоб не разреветься прямо сейчас. А может и стоит слезу пустить? Разжалобить, чтоб успокоился. Не может он отказаться от нее! Позабыть их чувства нежные. Перестав сдерживаться, она всхлипнула коротко, омыв слезами щеки свои.
- Полно реветь, чего уж теперь.
- Обними меня, - прошептала девушка.
Данияр покачал головой, закрыл глаза ладонью и отвернулся от нее. У него и у самого глаза щипать начинало от напряжения, от того, что потерял радость свою.
- Почему тебя отпустили? Что ты пообещала в замен? Кого должна загубить?
- Зачем ты так говоришь? Мне больно от твоих слов.
- Больно? Ты ведьма! Покажись настоящей, той, которой стала! – резко бросил Данияр, наступая на нее.
- Я такая же, - пятясь, одними губами прошептала Светомира.
Слезы душили, отчаяние захлестывало. Не сдерживаясь, она опустилась на колени, сгибаясь от рыданий. Они вырывались из ее горла воем раненого зверя. Безучастность Данияра ломало тело, требуя заглушить боль. Он просто стоял и смотрел. Безразличие, полное отсутствие веры ее словам.
- Ты говорил, что я нужна тебе любая, что примешь меня всегда, - сквозь рыдания, произнесла она.
- Светомира, - тихо отозвался мужчина и присел рядом с ней на корточки, - я думал, что снасильничали над тобой, чести лишили, а тут… Зачем меня испытываешь? Нет больше той девицы, что любил я, тьма ее себе забрала, оставив тело.
- Нет, нет, ты не понимаешь! – воскликнула девушка и потянула к нему свои руки.
Данияр с места не сдвинулся, смотрел на нее, а самого раздирало. Казалось, будто все иначе может быть. Только как ее словам верить. Должен он не беседы с ней вести, а на суд людской представить, на казнь лютую отправить. От одной мысли горечь во рту разлилась такая, что скулы сводило.
- Рассказывай все как есть на духу.
Давясь слезами, захлебываясь в них, срываясь на кашель, сбивчиво, заикаясь, девушка поведала ему всю правду с самого начала. И как Светозар раздевал ее до нога, как тело ее щупал, как обруч позорный ей на шею нацепил, перечислила сколько раз сбежать от него пыталась, и чем это все закончилось. Описала, как нечистый ее искушал, какие ведения присылал, чтоб она согласилась. А как стала подходить к тому, что интересовало Данияра более всего, так описывала со всеми подробностями. Все будто, снова перед глазами пролетело. Даже плеск воды, от выброшенного тела батюшки, в ушах стоял.
Мужчина не перебивал, казалось, что он и вовсе не слышит ее, и только взгляд его пытливый говорил об обратном.
- Хорошо, коли все так, Светка. Только как словам твоим верить, - произнес он после того, как девушка замолчала.
- Есть тут старец, который ложь чует, давай к нему пойдем.
- Хорошо, поутру пойдем, - согласился Данияр, а сам внимательно следить за девицей стал, как отреагирует.
Та обрадовалась, выдохнула облегчено, да спросила то, что волновало ее больше всего:
- Коли, правдивы слова мои, не будешь сторониться меня?
- По-разным путям мы пошли, а ты сама рядом остаться не захотела, свернула.
Светомира застыла, покачала головой, закрывшись ладонями, а мужчина от нее и вовсе отвернулся, отошел подальше, будто брезговал. Глубоко задышав, она старалась успокоиться, чтоб речь была ее уверенной, спокойной без надрыва. Чтоб не пожалеть ее захотелось, а прислушаться.
- Я тебя спасти хотела, батюшку. Для себя я смерть бы выбрала, ни за что не согласилась бы. Одурманили меня, но кроме метки гнилой, нет во мне ничего, что помешает нам. Я с тобой бок о бок куда угодно пойду.
- Не меня ты, Светка, спасла, а свою жизнь. Ты решила за нас двоих.
От его слов внутри все упало, остался лишь тонкий волосок надежды, который тоскливо висел, раскачиваясь в сторону. Утром отойдет, не может он забыть их любовь. Пусть сейчас серчает, а после успокоится, обдумает все, и изменит решение свое. В другое Светомира и поверить не могла.
- Без тебя и жизни нет, - тихо произнесла она, обняв себя руками.
