Светозар сел и почтнул за собой Светомиру, на всякий случай заслоняя ее собой от Радимира. Тяжёлая юбка полетела вверх, а за ней и ночная рубашка, по обнаженной коже сразу пробежалась прохлада. На живот легла теплая мужская ладонь, от чего Светомира вздрогнула.
- Не бойся.
- Что там?
- Метка как-бы есть и вроде нет, - задумчиво с неохотой ответил Светозар.
- Тоесть? - воскликнула девушка, дернувшись вперёд.
- Давайте я посмотрю? - раздался голос, гниль носящего.
- Нет! - в один голос возмутились Светозар со Светомирой.
- Метки нет, есть следы от нее, будто шрамы побелевшие. Словно кто ножом ее вырезал, местами глубокие, а кое где и не видные почти. И меньше она стала.
- Меньше стала, потому что ведьмы, роду этому принадлежащие со смертью своей повстречались, а то, что местами глубже засели линии некоторые, обозначает, что сильны те, кто гниль эту носит. Каждая линия - это жизнь ведьмы. Сколько завитков, столько и ведьм живых.А про то, как узор в центре распознать ты и сам знаешь. У каждого рода сила своя, так же они делятся между собой, как и у одаренных, только вот огня средь них нет. Чей стихии там знак стоит, те возможности и откроются дополнительно, коли кровью их напитать.
- Да, знаю я это все, не болтай. Пропадет это иль на всю жизнь останется.
- Ты-то знаешь, а девице, небось, не потрудился рассказать. Пропадет, не сразу, будет какое-то время о себе напоминать рубцом, а после исчезнет. И, да, сны тяжелые будут приходить. Тьма не любит, когда от нее отказываются, будет мучить, изводить. Лучше спать днем, когда кто-то из нас рядом находиться может.
Светомира благодарно прижалась к груди Светозара, по щекам полились слезы, которые не хотелось никому показывать. Огромная, непосильная ноша упала с ее плеч, теперь даже тварь и та не так сильно ее пугала. Выберутся как-нибудь, ей же и к людям выйти можно, а следы от метки, она ножом вырежет, так кожу свою искромсает, что и непонятно будет, что тут было. Сейчас-то уж она никуда не денется, не спустится вниз, демонстрируя свою гниль.
Легкие, поглаживающие прикосновения к спине, еще больше успокаивали, согревали, прогоняя озноб.
- Только не спи, - тихо прошептал ей в макушку мужчина. – Надо продержаться до утра, мы все еще можем быть заметны для порождения тьмы.
- А куда она пойдет? – тихо спросила Светомира.
- Искать себе еду, - ответил Радимир. – Она так и будет шататься, пока ее не убьют, но далеко уйти не сможет, ибо к месту привязана, где ведьма подохла. Убраться бы нам отсюда поскорее. Через реку переправиться, а для этого мне кровь нужна.
- И где я тебе кровь возьму? Ты в своем уме? Ты меня за кого принимаешь? Хочешь, чтобы я допустил убийство человека? Разрешил тебе убивать ради пропитания гнили твоей? Или предлагаешь мне свою жизнь отдать, чтоб ты на другой берег переправился?
- Идут за нами не только люди твои верные, но и ведьмы, что успели в лесах затеряться. Есть те, кто увидел, как мы в лес уходили, почувствовали неладное, и тоже решили от своих же отстать, чтоб в лес ринутся, силой они наделены той, что и я. Могут тропы находить с закрытыми глазами, да так тебя корнями деревьев опутать, что задохнёшься. Их жизни тебе надобно сохранять?
- Нет, - ответил Светозар. - Слишком часто ты загадками говоришь, так, что и не понять тебя толком. Тебе сложно сразу все выложить? Как узнал, что идут за нами?
- Специально они настичь нас не стремятся, а вот на другой берег переправиться желают. Видел я, как они мост будут возводить, гниль в них и так уже голодна, всю тьму израсходовали, чтобы след свой запутать, а после того, как мост возведут, то и вовсе без сил останутся, не смогут его даже убрать за собой, да и стараться не будут. За ними мы реку перейдем, а после, я к ним во сне наведаюсь.
- Убьешь спящих? - фыркнул воин с презрением.
- У каждого свои возможности, - оскалившись, заявил Радимир и, закинув руки за голову, улёгся на землю.
И давно ты об этом знал?
- Достаточно, - нехотя ответил гниль носящий.
- Я мог тебя убить.
- Не убил же, я вам нужен. Ты бы лучше хоть раз свет попытался выпустить. Так и будешь вечно за меч хвататься, а не к дару обращаться. Коли печати стояли, силу будить надобно.
- Ты можешь все как есть выложить? – нахмурился Светозар, по его лицу заходили желваки.
- Со своими родители сам разбирайся, а к рукоприкладству сейчас прибегать не советую, не в тех мы условиях находимся.
- Как выберемся высеку, все знания из тебя вытяну, - со злостью отрезал воин и отвернулся от него.
Не в том он положении, чтоб себе позволять подобное! Выдает все по крупице, важное умалчивает, вот и сейчас сиди и думай, что он имел ввиду, а ведь знает все наверняка. Приходят к нему ведения, может заглянуть, да узнать, что было и что будет. От гнева дыхание участилось, глаза прищурились. Не будь этой твари рядом, всю дурь из этого сопляка бы выбил.
Светомира, видя его состояние, отодвинулась подальше, отвернулась, обхватив себя руками, и прижалась к дереву. Не по себе ей становилось, когда злость его видела, слишком хорошо помнила их первую встречу.
