Крым в степной части, весь Донбасс и почти вся Украина были покрыты садами. У Керчи работал металлургический завод на местных рудах. Томасовское удобрение отправлялось по шлюзованному Днепру, Дону и (через канал) по Волге на Север. Вместо Магнитки, Кузнецка и всей уральской металлургии, был создан гигант на восточной границе Урала. Дальний Восток, как уже знал Пастухов, обслуживался манчжурским металлом.
Два завода по территории б. СССР давали около 10 млн. тонн черного металла. Больше и не требовалось! Зато густой сетью были разбросаны производства алюминия, магния и пластических масс. Их продукция в тоннаже почти в сорок раз превышала выплавку черного металла. Одна только ежегодная амортизация самолетного парка в мире требовала до 250 млн. тонн легких сплавов и пластмасс — на 5 миллиардов ленинцев приходилось около 3 млрд. аппаратов. А все прочие машины, дороги, дома! Заводы пластмасс были расположены главным образом в лесной полосе, севернее Пшеничной зоны, а легкие сплавы производились в пунктах оптимального сочетания сырья и энергетических ресурсов.
Пшеничная зона шла до Хибин и Ижевска.
— А где район животноводства? — спросил Пастухов — правда, что-то плохо кормите мясом, но молоко, масло?
— Здесь все по-старому, — ответил Живучий. — Скот в стойлах на фермах в зерновой зоне. Вот лошадей для спортивных целей мы разводим в степях Средней Азии, в предгорьях, но это больше в ведении отдельных коммун.
Общественно-необходимый труд составлял на взрослого ленинца примерно 500 часов в год — по сто на промышленность и сельское хозяйство, которые равно требовали индустриальных навыков, и часов триста на подготовку молодого поколения. Каждый ленинец был педагогом, воспитателем и систематически работал в учебно-научных комбинатах, детских городках и т. д. Остальное время было занято повышением технической квалификации — обычно на научной работе, путешествиями, искусством и спортом. Путешествовали, находились постоянно в пути миллиарды людей, которые возвращались для необходимого труда на 10–20 дней к месту оседлости либо регистрировались во вновь облюбованных районах.
Такт, гармония, соразмерность — всепроникающий ритм пронизывал всю жизнь человека. Это не был ритм безмятежности, успокоенности, сытого довольства. Люди искали все более эффективного приложения своей энергии, максимального, все более глубокого, радостного — удовлетворения своей работой. Это способствовало пышному расцвету индивидуальности.
Куда бы ни направлял свой пытливый ум, свои умелые руки коммунар, он нигде не приходил в противоречие с интересами общества, которое являлось организацией коммун, передоверивших часть своих прав Центральным регулирующим и статистико-информационным органам.
К большой для Пастухова неожиданности оказалось, что существует даже своего рода конституция коммун на б. Земле. Мало того, — конституция эта не была старым отмершим документом — регламент взаимоотношений между коммунами, их союзами и Советом коммун был выработан после горячей дискуссии всего несколько лет тому назад.
Живучий очень образно рассказал Пастухову, как тенденции развития техники делали в ряде производств все менее обоснованной излишнюю централизацию технологических процессов и общественного обслуживания. Например, в связи с рациональностью повышения удельного веса сырых продуктов в пище и увеличением роли фруктов стали отмирать гигантские города-кухни, которые прежде в большом радиусе обслуживали коммунаров. Передача энергии на расстоянии и повышение технической квалификации коммунаров значительно ослабили роль прежних централизованных ремонтных станций.
Машина, как известно, состоит из трех частей — источник силы, передаточный механизм и рабочий инструмент. С народно- и международно-хозяйственной точки зрения «источником силы» является вся энергетика от угольных шахт до энергетического машиностроения, «передаточный механизм» это транспорт от судов и самолетов до радиосвязи и наконец «рабочий инструмент» охватывает все инструменты и станки. Нарастание тенденций к самообслуживанию коммун (особенно, союзов коммун), чуть ли не по всем линиям (исключая разве, части энергетики) привело к отмиранию многих регулирующих статистических функций централизованных органов.
После ряда референдумов было признано целесообразным увеличить самостоятельность коммун. Решения референдумов и стали по существу нормами взаимоотношений «центра с местами».
Живучий особенно упирал на пластичность всех общественных форм. Ничто не окаменевало. Для доказательства этого положения он рассказал следующий эпизод.
Самыми устойчивыми «пережитками» старого общества оказались физиологические, — связанные с физиологией человека. Туберкулез, сифилис, рак были разгаданы и уничтожены. Хуже оказалось дело с группой таких невинных заболеваний, которые связаны с горлом и носоглоткой. Инфекции были уничтожены, но всякого рода катары продолжались.
