– Я что, уже не только громко храплю, но и громко дышу?
Он смеется. Снова оглушительно, открыто, как будто отпускает все проблемы за день. Я даже забываю, что меня возмутило, пока он красноречиво не предлагает выразить свою точку зрения:
– Ну?
– Удивляюсь твоим представлениям о личных помощницах. Это очень ответственная работа. Если ты не в курсе, то Алла и Анита были как раз личными помощницами. Натали, кстати, тоже.
– Ну, – говорит он уже с другой интонацией, – и чем это в итоге закончилось?
– Они вышли замуж за своих шефов. Случайно.
Серые глаза смотрят с иронией.
– Видишь ли, в серьезной компании личный помощник – это второй человек после босса. Тот, кому он может верить безоговорочно и на кого может всегда положиться. Негласно иногда они даже на равных. В тех случаях, которые ты перечислила, изначально было понятно, к чему все придет. Вопрос лишь в том, как долго продлились бы брачные танцы. А что касается этого маразм… юриста, у него личные помощницы меняются с такой скоростью, что даже не успевают раскрутить его на элементарное «па». Так что в его случае личная помощница – это всего лишь название. И таких случаев много.
– Не разрушай мои розовые замки! – вздыхаю я. – Хватит, что я разлюбила истории про ковбоев!
– Почему?
– Потому что теперь я не могу спокойно читать, как ради встречи с ней он скакал неделю и она, увидев его, бросается ему на шею. Теперь-то я знаю, что там, у него за спиной, лежит лошадь, которая пытается отдышаться от его запаха пота. Какая уж тут романтика? Я только про бедную лошадь и думаю.
Он снова смеется. Нет, у меня целый пласт книг выпал из библиотеки, а он смеется!
– Кстати, – спрашиваю я, пытаясь не выдать голосом своего чрезмерного интереса, – а у тебя есть личный помощник?
– Я же тебе не просто так рассказывал про серьезные компании. Пока нет.
Он как раз паркуется у ресторана, поэтому не слышит моего облегченного вздоха. Ну в самом деле, зачем плодить лишних сотрудников? Это, между прочим, не только на кадры, но и на бухгалтерию дополнительная нагрузка. А мне своих жаль.
Парковка довольно большая, хотя и машин тоже много. Когда мы заходим в ресторан, я вижу, что свободных столиков практически нет. Похоже, не только я не большой любитель готовить.
Администратор, заметив нас, расплывается в приветливой улыбке и заверяет, что наш столик готов. Мы проходим в другой зал – там другое освещение, другой интерьер, а столики спрятаны в подобие маленьких бунгало. Очень красиво – и внутри, и на улице. Люблю смотреть на вечерний город в огнях.
Заказ Яров делает без меня. Я только согласно киваю, когда он называет блюда, которые мы бы хотели попробовать. Официант едва не кланяется и исчезает с заверением, что все будет в лучшем виде и скоро.
– Запугал ты их тут, что ли?
– Угадала. Парочка из них даже падает в обморок, едва увидев свои чаевые.
Я облокачиваюсь на стол, подпираю щеки и смотрю на него. В строгом костюме, белой рубашке с расстегнутым воротом. Взгляд подавляющий, а мне хочется сделать какую-то глупость. Забраться на стол, стянуть с его плеч этот пиджак, потянуть его на себя за галстук, впиться в губы – мы, кстати, сегодня не целовались, – а потом…
– О чем задумалась?
– Да так, размышляю. Может, мне взять отпуск и поработать официанткой? Ты в каком ресторане бываешь чаще всего?
Нам как раз приносят напитки, и я беру бокал с вином.
– Чаще всего я ем дома.
– Правда? Хм, у меня сложилось другое впечатление. Мы с тобой не так долго знакомы, но в ресторане уже были раза два или три.
– Это потому, – отвечает рассудительно Яров, – что я за тобой ухаживаю. Кстати, моим садовником ты заработала бы больше, но ты этот шанс упустила.
Любой нормальный бухгалтер на моем месте уже подсчитывал бы коэффициент упущенной выгоды, срочно переписывал резюме и пытался воспользоваться возникшими связями. А я сижу и просто смотрю на того, кто уже второй раз подводит меня к предынфарктному состоянию.
– То есть… Еще тогда, на дороге…
– Угу. Шины вместо цветов.
Пытаюсь спрятать улыбку – куда там. Вот это вот – «Ты мне нравишься, когда в гриме», «У тебя красивые глаза второго размера»… Все, что я проходила до этого, стирается в пыль в сравнении с этим признанием. Ничего романтичней не слышала!
Свет в ресторане вдруг кажется солнечными лучами, официанты порхают как бабочки, расставляя для нас еду, я сама только и держусь на стуле благодаря тому, что у меня на ногах подогнулись пальчики. И вдруг в наше бунгало кто-то вторгается с оглушительным ревом:
– А-а, ну я знал, что найду тебя в этих кущах! Ты редко изменяешь привычкам!
И без дальнейшей прелюдии за наш столик усаживается какой-то незнакомый мужчина. Ему за сорок, короткие черные волосы, строгий костюм. Довольно видный мужчина, хотя выглядит мрачно. Нет, не так – он выглядит пресытившимся. Такие мужчины очень привлекают молоденьких дурочек.
Он тяжело выдыхает, хотя вроде бы и в отличной физической форме, с силой тянет за галстук, оставляя его болтаться слабой удавкой, к которой всегда можно вернуться, и, повернувшись ко мне, начинает бесцеремонно рассматривать.
