Сегодняшний день утешает только тем, что я увижу её. В груди непривычно гудит. Как она? Будет ли рада видеть меня в ответ?
После визита к врачу и обезболивающих Оля заснула в машине. Тяжелый был день. Дома она сразу же ушла к себе и закрылась в комнате.
Как я и думал, у неё растяжение мышц плеча. Пока она проходила обследование, я представлял, что сделаю с тем гадом из её школы.
Нет, Оля не будет больше там работать. Хочет преподавать? Можно устроиться в частную школу, там везде камеры, охрана.
Снова начинаю закипать. Выдыхай, Тео. С ней всё в порядке.
Пару дней покоя, потом я помогу девушке разработать руку. Массаж, плавание. Оля послушная ученица. Вчера она внимательно следила за каждым моим движением и старалась повторять.
Даже слишком старалась.
Тонкая маечка облепила ее поясницу, лицо горело, а как она облизывала пересохшие губы…
Всё, Теодор, брейк.
Программа минимум на сегодня — убедить девушку продолжить отношения после всех формальностей.
Кстати, о формальностях.
Завязываю черный галстук, надеваю пиджак. Немного волнуюсь, как перед каждой встречей с дядей. Но сегодняшняя будет особенной. От неё я ничего не жду и ни на что не надеюсь.
Церемония проходит перед глазами словно в тумане. Соболезнования, черные одежды, бордовые розы. Ещё соболезнования, молитвы, запах ладана.
С реальностью меня связывают тонкие пальчики Оли. Девушка сама положила руку мне на локоть. И когда дышать становится особенно тяжело, я легонько сжимаю её. Так легче. Спасибо, котёнок.
Помогаю Оле сесть в машину. Едем на кладбище.
Дядя распорядился, чтобы его похоронили возле брата. Но это по официальной версии. Теперь я понимаю его настоящее желание. Он хотел быть рядом с Ней. Хоть и после смерти. Ну что ж, мёртвых не судят.
Бросаю горсти сухой земли, отворачиваюсь от могилы. Горечь сжимает горло.
Ну почему мы так мало общались с дядей? Да, ему было тяжело со мной. Но и я не проявлял инициативу, никогда ничего не спрашивал и не просил. Делал вид, что он мне не нужен, а сам ждал внимания. Извинений.
Оля смахивает слезы. Протягиваю ей чистый платок. Мы последними идем к выходу. Кипарисы и кусты боярышника тянут к нам ветки, заставляя прижиматься теснее на узкой тропинке.
Где-то сбоку слышу сухие щелчки. Оборачиваюсь — журналисты.
— Теодор Платонович, это ваша девушка? У вас всё серьёзно? Скажите пару слов!
Им что, жить надоело?
Оля тянет меня за рукав. Ловлю себя на том, что рычу и сжимаю кулаки.
Ник быстро подходит и закрывает собой мой звериный оскал. Отвлекает журналистов. Что-то впаривает им про новые проекты «Viktory-Odor». Как всегда собран и расчетлив.
Сейчас это выше моих сил.
— Садитесь в машину. Рано расслабляться, — Ник хлопает меня по плечу. — Нам ещё слушать последнюю волю Виктора Сергеевича. А воля у него была, сам знаешь, не из мягких.
В кабинете нотариуса просторно.
Длинный стол, массивные кресла, графин, стаканы. Оля тянется к одному. Я встаю и наливаю ей воды. Напротив Ник с блокнотом и ручкой. Конспектировать собрался? А хотя — разумно. Зная дядю, могу предположить, что там будут подробные инструкции.
Нотариус суетливо проводит в кабинет дамочку с высокой прической и орлиным носом.
Не знаком, кто она?
— Ирина Рустамовна, сюда пожалуйста.
— Ну-с, приступим. Все наследники в сборе, — нотариус шуршит бумагами, вскрывает конверт и откашливается. — Я, Виктор Сергеевич Истомин, настоящим завещанием делаю следующие распоряжения…
Дядя жертвует крупную сумму фонду помощи детям-сиротам. Восточная дама улыбается и подносит платочек к темным глазам. Оказывается, дядя поддерживал фонд и перечислял помощь каждый месяц. Не знал.
Дальше ожидаемо. Домик у озера, лодку и все для рыбалки он завещает Нику. Они часто ездили туда вместе.
Ну а теперь к делу.
Нотариус прокашливается, вытирает платком лоб, хотя в кабинете не жарко.
— Контрольный пакет акций компании «Victory-Odor», а также движимое и недвижимое имущество, которым располагаю на момент смерти, я завещаю своему племяннику, Истомину Теодору Павловичу, при условии вступления его в брак с Серовой Ольгой Петровной не позднее трех месяцев с даты моей смерти.
Что. На хрен. Это. Такое?
— В случае невыполнения данного условия или расторжения брака до появления наследника, акции компании наследует Прохоров Николай Игнатьевич, а остальное имущество — Зорина Ирина Рустамовна.
Оригинально!
— Наследование в данном случае предоставляется Прохорову Н.И и Зориной И.Р. без права продажи, дарения, аренды, обмена или иного способа передачи во владение или пользование Истомину Т.П.
Ник выгибает бровь и растягивает сухие губы.
Трындец!
Работа в компании дяди мне не светит, если я не женюсь на Оле. Вот что значит этот пункт.
Повезло, что родственничек глубоко под землей. Увидел бы сейчас — придушил.
Нет, это даже смешно! Спасибо, что не указал в какой позе мне с женушкой…
— Доход от продажи аромата «Victoriana» я в равной степени завещаю детям Теодора и Ольги Истоминых. До их появления средства будут перечисляться в фонд помощи детям-сиротам.
