Зудящий шум дрели врезается в мозг. Прикрываю глаза, пытаясь сосредоточиться… Та-а-к. Первый аромат новой линейки окупил себя за… три с половиной месяца? Неплохо. Нет. Это поразительно!
“Горькая нежность” — запах, который я придумал во время первой ссоры с женой, вернее, тогда ещё девушкой.
Откладываю финансовые документы и берусь за контракт на новые флаконы. Аромат “Случайная невеста” выйдет совсем скоро. Его я придумал после нашего свадебного дня. Море, вкус клубники на её губах, ноты лаванды.
Просматриваю условия, подписываю и передаю помощнику. Теперь их у меня несколько. Очень удобная фича, особенно для семейного человека.
— Тео, не занят? — заглядывает в кабинет моя муза, — Костя звонил. Они с Миланой сейчас привезут пони и улиток для живого уголка. Уже подъезжают.
— Отлично. Идем встречать, — встаю из-за стола и спешу обнять свою жену, пока это ещё возможно.
За последние пару месяцев её живот увеличился в два раза. Аппарат УЗИ утверждает, что мы ждем дочку, но я не верю — уж очень смахивает на близнецов.
— Как отпразднуем открытие? — спрашиваю, пока мы минуем длинные коридоры нашего семейного гнездышка.
Да, это всё тот же огромный особняк, построенный дядей. Но теперь он перестал быть пафосным и холодным.
Очень сложно наводить скуку, если комнаты набиты игрушками, миниатюрными кроватками и яркими книгами.
— Рано. Ещё не всю мебель собрали, — улыбается котёнок. — Завтра я встречусь с Ириной Рустамовной, подпишу оставшиеся документы.
— И когда привезут твоих плакс?
— Тео!
— Ох, прости. Наших дорогих подопечных с чувствительными слезными протоками?
— Ты… не понимаю, — дрожит её голос. — Зачем ты предложит эту идею с детским центром для сирот, если так их ненавидишь? — отворачивается, пряча покрасневшие глаза.
Ну ты гусь, Тео! Сколько раз зарекался дразнить беременную жену. У неё же гиперчувствительность, скачки настроения, гормоны.
Очень нежно, кончиками пальцев, поворачиваю к себе мокрое лицо. Сцеловываю со щек её слёзы.
— Оленька моя, родная, прости. Я пошутил. Очень неудачно, — утыкается в мою шею, всхлипывает и затихает. — Я хочу, чтобы твоим детям было хорошо в нашем доме. Всем. И ученикам и нашим с тобой, — прижимаю ладонь к её круглому животу.
— У нас с тобой… пока что один… одна, ты же видел на УЗИ.
— Правда? А мне кажется, там двойня. Как минимум, — снова не сдерживаюсь и мысленно бьюсь головой об стенку, потому что Оля сильно прикусывает нижнюю губку.
Сдерживается. Чтобы не заплакать или не засмеяться? Её настроение так быстро меняется…
— А если всё-таки родится один ребенок? — стреляет в меня космически-голубым взглядом.
— Ну что ж, тогда мне придется отложить все дела и хорошенько поработать над этой проблемой.
Улыбается, а я нежно целую мягкие, пахнущие клубникой губы.
После главы 46
Оля
Медленно моргает, наблюдая за моими движениями.
Захлопываю глаза от собственной дерзости, но до горячих спазмов внизу живота хочу ощутить его страсть. Хочу услышать хриплые стоны, почувствовать резкие, почти животные, порывы его тела, и знать, что именно я — причина его помешательства.
В его руках я становлюсь желанной, волнующей, несдержанной.
Плохо, вернее, совсем не знаю себя такую, но с ним — это так естественно. И я сбрасываю последние неудобные обрывки сомнений. Глубоко вдыхаю и встречаюсь с его пронизывающим взглядом.
Стягиваю с волос резинку, рассыпая их плечам. Наклоняюсь, застывая в сантиметре от его приоткрытых губ:
— Знаешь, я тоже кое-что заметила, — меня плавит от его сбитого дыхания, — кое-что, что тебе “вставляет”… — вспоминаю его слова на мосту.
— Да? И что же?
— Тебе нравится… когда я… сама, — тяну конец простыни, откидываю ткань.
С шумом втягивает воздух.
— Интересно наблюдение, — ловит одну мою прядку, наматывает на пальцы, подносит к лицу, целует.
— Хочу проверить, ты не против? — забрасываю ногу и сажусь на его бедра.
Закатывает глаза, а я чувствую его возбуждение. Оно упирается в меня сквозь тонкую преграду его плавок и моего купальника.
— Малыш… ты уверена? Не хочу на тебя давить.
— Поздно, — веду рукой по выразительному прессу. — Ты уже это делаешь, — бросаю взгляд на дорожку его волос, убегающих в пах.
Он резко сокращается подо мной, вдавливаясь в чувствительные складочки. И это так заводит.
Мурашки бегут по коже, соски твердеют, остро натягивая мокрую ткань.
Подхватываю бретельки купальника и тяну вниз, глядя в его глаза.
Прищуривается. Пальцы впиваются в мои бедра.
Чуть притормаживаю, когда ткань доходит до середины груди. Мои щеки заливает жар, хочется зажмуриться или прижаться к его торсу. Но я пьянею от его завороженного взгляда, облизываю пересохшие губы и одним движением сдергиваю купальник до талии.
— Ммм… — выдает тихий стон и серию толчков снизу.
Меня обдает жаром от такой выразительной реакции. Чувствую себя неотразимой, безумно сексуальной, красивой — это придает смелости.
Нахожу его руки и накрываю ими свою грудь.
Мне кажется, мы перестаем дышать.
