А у самой сжимается сердце от этого его «пойду». Не пойдет, а поедет. Он так и не может привыкнуть.
Перед глазами встает цветной постер, где Давид крепко стоит на ногах. Если бы я только знала, как это исправить. Если бы только я могла помочь…
— Я буду подбирать платья, а вы идите, работайте, — говорю и тяну руку к телефону.
— Стой! — требует муж. — Не отключайся!
Нарочно оставляю телефон в комнате, а сама иду в гардеробную. Я на самом деле уже выбрала платье из тех, что купил мне Давид. Как только его увидела, сразу влюбилась. Но хочется немного помучить Данилевского.
— Марта, покажись! — слышу нетерпеливый голос мужа и улыбаюсь. Но так, чтобы он не видел.
— Не покажусь. Надо было раньше приезжать! Теперь только вечером, — кричу ему из гардеробной.
Вчера за ужином Давид сказал, что сегодня мы идем на прием. А за завтраком потребовал, чтобы я выбрала платье, которое надену, и показала ему.
Ему пришлось задержаться по делам еще на два дня, и поэтому к своему первому «выходу в свет» я буду готовиться в одиночку. Не то, чтобы я особо переживала по этому поводу — я никогда не стремилась стать элитой. Гораздо больше меня сейчас интересует мой муж.
Мы с ним уже каждый день вместе завтракаем, обедаем и ужинаем. Пусть и в онлайн-режиме, но мне и так очень нравится.
— Марта! — в его голосе одновременно слышны и мольба, и гнев, и нетерпеливое ожидание.
— Ну ладно, — возвращаюсь за гаджетом и приношу с собой в гардеробную, а сама ворчу по дороге: — Если бы вы меньше в телефоне сидели, уже давно бы вернулись.
— Я тебе объяснял, меня задержали обстоятельства. Так бывает, когда заказчиком выступает не частная структура, а государственная. Сейчас это музей. И еще в клинике дела... Я никак не мог вернуться раньше, — оправдывается Давид. Но я все равно продолжаю бубнить:
— Очень мне хочется самой туда ехать! Все с мужьями будут, а я как брошенка...
— Мы за город вместе придем, Марта, — терпеливо объясняет Данилевский в который раз, — я с самолета сразу выезжаю в отель, а потом тебе навстречу. Тебе не придется никуда ехать самой.
С удивлением обнаруживаю, что сижу в спальне, держу телефон в руках и любуюсь Давидом. Какой же у меня красивый муж! И как мне дожить до вечера?
О ночи я даже думать боюсь. Чтоб не сглазить…
Мы с Давидом теперь каждый вечер желаем друг другу спокойной ночи, и я не могу назвать ни одной причины, которая сможет удержать моего мужа от того, чтобы сделать это вживую.
А я так тем более на все согласна. Данилевский каким-то образом догадался, что я зависаю от его торса, и теперь старается мне его продемонстрировать при каждом удобном случае.
У меня тоже то бретелька сползет, то я повернусь «неудачно», приоткрыв вырез кружевной сорочки. Так что я бы на месте Данилевского забила на все приемы и ехала из аэропорта прямо в замок. Но муж утверждает, что этот прием для нас обоих очень важен.
Так что придется его пережить.
— Тебя привезет моя охрана, — говорит Давид, а я смотрю на его губы и мечтаю, как уже сегодня ночью они будут не только говорить со мной. А еще и делать. Многое, многое другое…
Наконец, мы прощаемся с мужем до вечера, и я выхожу в сад. Работать сегодня не хочется, хочется есть малину и мечтать о Данилевском.
Иду к малиннику — ждать, пока кто-то насобирает, нет желания. Сорвать десяток ягод я вполне в состоянии.
Вдруг вижу впереди высокую фигуру и прячусь за ближайшее дерево.
Боги. Это же Анзор.
Мне нельзя попадаться ему на глаза. Никак. После того, что я насоветовала его жене, я не осмелюсь посмотреть ему в глаза никогда!
Среди деревьев мелькает светлое платье, и я напрягаюсь. Это еще что за свидания в рабочее время? Неужели Анзор изменяет своей жене?
Но когда девушка подходит ближе, узнаю в ней Салимат и успокаиваюсь. Для Салимат встреча с мужем явно оказывается сюрпризом. Судя по корзинке в ее руках, она пришла набрать малины.
Не удивлюсь, если сейчас ей позвонит Данилевский, и начнет показывать пальцем, какие именно ягоды срывать.
Стоп, выходит, ее муж специально поджидает?
Стараюсь не высовываться, чтобы меня не обнаружили, а то выйдет, что я нарочно подсматриваю. Тем временем Анзор тянет жену за руку, нежно шепчет что-то ей на ушко, а потом украдкой целует в шею. Где в это время его руки, мне даже смотреть не хочется.
А приходится.
И мешать им тоже не хочется, поэтому я торчу за деревом. Кто ж теперь поверит, что я тоже пришла за малиной? Но мне везет, Салимат окликают, и она спешит в замок, что-то в свою очередь шепнув мужу.
Мне и радостно и грустно одновременно.
Радостно, потому что моя теория не подкачала, и мы вместе с гуглом смогли внести приятное оживление в семейную жизнь наших с Давидом работников.
А грустно, потому что сама я при наличии мужа имею все шансы так и остаться теоретиком. Надо добавить, красавца-мужа с черными глазами, колючим подбородком и умопомрачительным торсом. Об остальном лучше не думать, чтобы не расклеиться окончательно.
Возвращаюсь в замок и проходя мимо кухни на всякий случай прислушиваюсь. Не специально, больше по привычке.