— В этом нет твоей вины, клянусь. Я хотела... все, что произошло, я хотела.
Его плечи расслабляются.
— Тогда почему ты убежала?
— Это сложно объяснить, — говорю я, глядя на пятнышко на полу у моих ног.
Он наклоняется вперед и опускает голову, чтобы поймать мой взгляд.
— Ты можешь об этом поговорить со мной. Может, я могу помочь. У меня хорошо получается понимать сложные вещи.
— В этом нельзя помочь, — говорю я. — Это нужно просто пережить.
Он медленно выдыхает.
— Я полностью тебя понимаю.
— Мне правда жаль, что я так тебя встревожила. Мне не нужно было убегать или избегать тебя всю неделю. Я просто не знала, что сказать, и чувствовала себя глупо. Я постараюсь, чтобы этого снова не повторилось.
— А с твоей стороны будут еще попытки, чтобы этого не повторилось?
Я не сразу поняла, что сказала.
— Не знаю. А ты чего хочешь?
Он тихонько посмеивается.
— Думаю, и так предельно ясно, чего я хочу. Так что все зависит от тебя. Чего хочешь ты, Кэлли?
Мой взгляд блуждает по его длинным ногам, крепкой груди и останавливается на глазах, которые так и ждут моего ответа. Я хочу его. Я хочу его. Я множество раз писала это в своем дневнике, потому что это правда.
— Я хочу... — Я замолкаю, пытаясь подобрать подходящие слова. — Я хочу больше времени проводить с тобой.
Его улыбка становится шире, а поза расслабляется, когда он похрустывает костяшками пальцев.
— На минутку ты заставила меня понервничать.
Я не могу сдержать улыбки.
— Я просто пыталась подобрать правильные слова.
Его взгляд скользит поверх моего плеча к окну, где небо окрашивается в розовый цвет, потому что солнце садится за холмы.
— Мне нужно быть на стадионе через пять минут, но ты можешь кое-что сделать для меня?
Я засовываю книгу под мышку.
— Конечно. Что именно?
— Можешь прийти посмотреть на мою игру? — спрашивает он. — Мне нужно, чтобы за меня кто-то поболел.
— А разве не для этого нужны чирлидерши? — шучу я.
— Значение чирлидерш очень переоценивают. — Он тянется к моему лицу, колеблется, а потом проводит подушечкой большого пальца по моей нижней губе. — Кроме того, у меня ощущение, что ты принесешь мне много удачи.
Мне приходится силой себя заставлять не закрыть глаза от его прикосновения.
— Хорошо... Я приду.
***
Серое небо, на зеленом поле ярко светят огни, и металлические скамейки под моей задницей холоднее, чем морозильник. Вокруг меня группы людей: кричат, смеются и машут руками в воздухе. Меня это нервирует, но я успокаиваю себя.
— Что такого в футболе, из-за чего люди сходят с ума? — Сет обозревает поле широко раскрытыми глазами, а потом щурится при виде красного цифрового таймера на доске. — Я, правда, не понимаю, из-за чего вся эта шумиха. И никогда не понимал. Я и раньше бывал на играх, смотрел... как Брайден играл... Но все равно не понимаю.
— Может, это забавно – смотреть на бегающих в обтягивающих штанах парней, — пожимая плечами, предполагаю я.
— Знаешь что? Ты только что подала отличную идею. — Его карие глаза осматривают поле, где выстроились игроки, и он натягивает на голову капюшон куртки.
Кайдена легко заметить, потому что он самый высокий. Конечно, еще его выдает надпись «Оуэнс» на спине желто-коричневой майки. Мне кажется, что несколько раз он поглядывал на меня, но сложно сказать наверняка.
Через пять минут Сет становится беспокойным и постукивает кончиками пальцев по дергающемуся колену.
— У меня ощущение, будто мне нужно встать и что-нибудь станцевать. Оживить это сборище.
Я делаю взмах рукой.
— Давай станцуй.
Он наклоняет голову в сторону круглого мужчины в шапочке и толстовке с капюшоном, сидящего рядом с ним и набивающего рот арахисом.
— Интересно, чтобы сделал этот парень, если бы я начал танцевать.
Я смеюсь, зажимая руки между ног.
— Наверно, забросал бы тебя арахисом.
Он морщится, а потом преувеличенно потирает живот.
— Отлично, очень на это надеюсь. Я проголодался.
Я поглядываю на таймер.
— Осталось всего две минуты.
— А мы выигрываем или проигрываем?
— Счет 28:3.
С ликующим выражением лица он вскидывает руки в стороны.
— И у кого двадцать восемь?
Я указываю себе на грудь.
— У нас. Мы выигрываем с большим отрывом.
Он кивает из стороны в сторону, оглядывая женщину перед нами и вдыхая запах гамбургера.
— Господи, я так хочу есть.
Я вздыхаю и показываю на лестницу.
— Тогда возьми себе чего-нибудь поесть. Снаружи есть несколько палаток.
Он с сомнением смотрит на ступени.
— Ты пойдешь со мной? Спортивные люди впечатлительные.
Со смехом я поднимаюсь на ноги, и он следует за мной. Я как минимум десять раз говорю «простите», пока случайно наступаю на ноги людям. Оказавшись на лестнице на открытом пространстве, я облегченно вздыхаю и иду за Сетом, когда тот несется вниз.
— Ты же не уходишь, да? — сквозь гомон толпы слышу я крик.
На боковой линии стоит Кайден, невероятно сексуальный в своей форме, его изумрудные глаза прикованы ко мне.
Я качаю головой, уцепившись пальцами за холодные перила, и склоняюсь через них.
— Нет, просто Сету надо что-нибудь поесть!
— Хорошо, потому что я не хочу, чтобы ты уносила с собой удачу! — кричит он, подмигивая и улыбаясь.
