— Это ты. Кэлли, ты единственная, с кем я когда-либо чувствовал себя счастливым. В тот вечер, когда ты спасла меня, что-то внутри меня изменилось — ты вызвала у меня желание жить. — Я говорю ей правду, прекрасно зная, что с наступлением утра меня все это накроет.
№21 . Создай принадлежащие тебе воспоминания
Вчера вечером, по меньшей мере, было интересно. Кайден напился и говорил мне то, что в трезвом состоянии, наверно, не сказал бы, поэтому я все это остановила. Я не хочу, чтобы он мне что-то говорил, только потому что пьян. Я слишком много раз видела, как Сет нес околесицу, и большую часть из этого он не собирался говорить.
В конце концов, я уснула в углу дивана, а когда проснулась, то пережила мгновение «Вот дерьмо!». Телефон светится тысячами сообщений от мамы. Я даже не потрудилась прочитать хотя бы одно. Я спрыгиваю с кровати и несусь к дивану, где Кайден лежит на боку с закрытыми глазами и загородив лицо рукой.
Я оглядываюсь через плечо на Люка, который спит на полу, лежа головой на подушке, и сажусь на корточки перед Кайденом.
— Проснись. Меня надо отвезти домой.
Его дыхание спокойно, грудь поднимается и опускается, поэтому я кладу ладонь на его щеку и провожу большим пальцем по шраму под глазом.
— Кайден, пожалуйста, просыпайся. Моя мама очень волнуется.
Его веки открываются, зрачки сужаются, когда на них попадает свет, и кажется, будто он вообще не спал.
— Сколько сейчас времени?
Я смотрю на экран телефона.
— Почти одиннадцать. Ты все это время не спал?
Он пожимает плечами, садясь и вытягивая руки над головой. Его кофта задирается, и я стараюсь не смотреть.
— Я уже не спал какое-то время. Думал о всяком.
— А-а. — Я выпрямляюсь и обыскиваю комнату в поисках куртки. — Можешь меня отвезти? Или мне разбудить Люка?
— И вступить в опасную территорию, — говорит он, поднимаясь с дивана. — Люк не ранняя пташка.
Я просовываю руки в рукава куртки.
— Я даже не помню, как заснула. В одно мгновение мы лежали и разговаривали, а в другое я просыпаюсь в постели.
Он улыбается и берет с кофейного столика ключи Люка.
— Думаю, ты это сделала во сне. Ты лежала рядом со мной, а потом встала и ушла туда. По-моему ты была не в себе.
Он открывает заднюю дверь, и мы выходим в холодный дневной воздух. Светло-голубое небо местами покрывает дымка, и слева от себя я вижу бильярдный домик. Кайден закрывает дверь, и мы молча идем по траве. Я не знаю, что сказать. Я чувствую себя неловко после его слов, которых он не помнит.
Внезапно он останавливается на углу дома и проводит руками по взъерошенным волосам.
— Я помню.
Я оглядываюсь на него через плечо.
— А?
Он делает ко мне несколько неуверенных шагов.
— Я не настолько был пьян. И помню, что сказал. Почти полночи я лежал на диване, пытаясь придумать, что же тебе сказать, когда мы оба проснемся.
Я выдыхаю.
— Тебе не нужно объяснять. Я достаточно узнала Сета, чтобы знать, как это бывает на следующий день. Поверь мне, он делал и говорил столько вещей, о которых жалел.
С озадаченным выражением лица он качает головой.
— Но я не жалею. Просто я... я не знаю, как с этим справиться. Когда я сказал, что испытываю к тебе чувства, которых не испытывал никогда, то это я и хотел сказать, и меня это чертовски пугает. Тем более из-за того, что ты еще очень многого обо мне не знаешь — плохого.
Я сокращаю между нами расстояние.
— Я в это не верю. Я не верю, что в тебе есть плохое. Только то, что ты таковым считаешь.
Массируя затылок, он вглядывается в дорогу позади меня.
— Ты бы так не говорила, если бы знала.
— Ты всегда можешь мне рассказать, — предлагаю я. — И позволить самой судить.
Кайден встречается со мной взглядом.
— Если ты узнаешь, то я перестану тебе нравиться.
Я делаю глубокий вдох, готовясь сказать то, что меня пугает.
— Последние шесть лет я боялась практически всех, кроме Сета, но мы разделяли эту связь, и я довольно быстро поверила ему. То же самое было с тобой. В тот день, когда мы поднимались на утес, могло показаться, что я напугана — хотя так оно и было, — но просто отправиться туда с тобой и позволить тебе помочь мне взобраться на утес стало для меня огромным шагом. Я поверила тебе, а это имеет значение.
— Я хочу рассказать тебе, — тихо говорит он. — Правда, но не знаю, смогу ли.
— Ты рассказал мне о своем отце.
— Да, но это другое. Это...
— Где тебя черти носили? — Из-за угла вылетает отец Кайдена в темно-синем тренировочном костюме, с раскрасневшимся лицом и сжатыми в кулаки ладонями. — Ты должен был... — Он замолкает, когда видит меня, стоящую рядом с Кайденом. — А ты кто?
Я машинально беру Кайдена за руку.
— Кэлли Лоуренс.
На его разгневанном лице отражается узнавание.
— О, так ты дочка тренера Лоуренса?
Дежа вю.
— Да, мы встречались несколько раз.
Какое-то время он смотрит на меня, как будто пытается заставить съежиться. Наконец, он переводит взгляд на Кайдена.
— Сегодня утром мы должны были тренироваться. Помнишь?
Рука Кайдена сжимается на моей кисти.
— Да, прости. Я проспал, а еще должен отвезти ее домой, так что пока не могу прийти.
