– Простите, перебью Вас, – вмешался адвокат в рассуждения нашего героя. – В своей речи Вы всё время употребляете слово «он». Но ведь убийцей может быть и женщина! Чтобы выстрелить из пистолета, не нужна большая сила. Необходимы, как Вы правильно упомянули, лишь навыки в стрельбе, ну и, конечно же, сам пистолет.
– Вы правы, – согласился с Сергеем Эдуардовичем наш герой. – Я лично знавал женщин, которые прекрасно умели обращаться с оружием и стреляли лучше большинства мужчин. Так что вполне может быть, что нам следует искать не убийцу-мужчину, а убийцу-женщину. И если в Вашем списке имеется хотя бы один любитель-стрелок женского пола, я с удовольствием рассмотрю эту кандидатуру.
– К большому сожалению, ни одна из женщин из моего списка подозреваемых не подходит под роль стрелка по нашему делу. Агей Моисеевич всегда очень уважительно относился к женскому полу и старался помочь любой женщине, попавшей в беду. Поэтому среди особ женского пола, которые могли бы желать зла Агею Моисеевичу, есть только пять реальных подозреваемых, но и тех я не представляю прячущимися в тёмном переулке с пистолетом в руке, потому что трое из этих женщин являются жёнами предпринимателей, чья незаконная деятельность была приостановлена усилиями Агея Абрамова. А две другие женщины были признаны душевнобольными и помещены в соответствующие лечебные заведения. И хотя одна из них уже выписана из стационара, мне сложно представить себе, что ей удалось достать пистолет и удачно выстрелить. Вот если бы на Агея Моисеевича набросились и забили бы насмерть, то я, пожалуй, сам бы решил, что это дело рук одной из психически больных женщин. А так мне нечего Вам предложить. Однако я допускаю мысль, что имеющийся у меня список неполный. И для сохранения непредвзятости в этом деле предпочёл бы считать, что убийцей может оказаться лицо любого пола.
– Согласен с Вами, – кивнул в ответ Тимофей Савельевич. – В таком случае давайте продолжим наши рассуждения и решим, кто ещё мог бы оказаться настолько обиженным и мстительным, что решился или решилась, как мы уже определили, пойти на убийство? Причём, я почти уверен, что эта обида носила личный характер, потому что за проигрыш в суде потерпевшая сторона вряд ли станет убивать выигравшую. Вот только если этот проигрыш разрушил жизнь человека, довёл его или её до отчаяния, причём этот человек оказался мстительным и имеющим доступ к оружию, вот такой товарищ и будет нашим следующим кандидатом в подозреваемые. Есть в Вашем списке кто-то подобный?
– Пожалуй, что есть, – задумавшись, проговорил Сергей Эдуардович. – Как только Вы составили это описание, мне сразу на ум пришёл один человек, которого я, признаться, вообще не брал в расчёт, потому что когда я видел его в последний раз, этот человек так сильно горевал по поводу гибели Агея Абрамова, что я никогда бы не подумал записать его в убийцы.
– Вы даже не представляете, насколько талантливыми актёрами могут оказаться настоящие убийцы! – хмуро произнёс Тимофей Савельевич, подстёгивая адвоката продолжить говорить.
– Всё может быть! – всё ещё пребывая в задумчивости, отстранённо проговорил Сергей Эдуардович. – Теперь, после Ваших слов, я словно бы увидел этого человека в новом свете и думаю, то он вполне может оказаться нашим убийцей.
– В таком случае тем более мне следует узнать его имя, – с нажимом произнёс Тимофей Савельевич, чтобы заставить адвоката прервать размышления.
– Его фамилия Иванов. Юрий Анатольевич, – ответил Сергей Эдуардович, но взгляд его всё ещё оставался отстранённым.
Тимофей Савельевич записал новое имя в свой блокнот, а вслух сказал:
– Очень хорошо. А теперь расскажите мне, почему Вы считаете господина Иванова нашим новым подозреваемым?
– Из-за его дочери, конечно же! Лилии, – ответил Сергей Эдуардович, но в ту же секунду поймал на себе укоризненный взгляд своего собеседника и поспешил дать дальнейшие пояснения. – Извините, но я всё время забываю, что Вы не из нашего города. Просто в Пименовске почти все знают горькую историю Лили Ивановой.
– Я надеюсь, что Вы не отправите меня снова штурмовать просторы Интернета, чтобы выяснять печальную судьбу этой девушки? – ледяным тоном произнёс Тимофей Савельевич, опасаясь, что именно это сейчас предложит ему адвокат, внезапно сославшись на свою занятость. Однако в этот раз Сергей Эдуардович не торопился выпроваживать своего посетителя.
– Нет-нет! – быстро проговорил он. – В Интернете, боюсь, Вы ничего не найдёте, потому что несчастье с бедной Лилей случилось ещё до того, как всемирная паутина стала частью нашей жизни. К тому же подробности трагедии помнят лишь те, кому сейчас не меньше сорока, поэтому я сэкономлю Вам время и вкратце сам поведаю эту печальную историю.
– Я весь во внимании! – тут же ответил Тимофей Савельевич.
