Я осторожно встаю и спускаю стопы на пол. Голова немного кружится, но это скорее от нервов. И мне безумно хочется пить. Я осматриваю все плоскости в комнате, и ни на одной не оказывается бутылки или стакана. Вообще ничего. Спальня явно была подготовлена к моему «визиту», из нее убрали все лишние предметы, оставив только минимальный набор мебели. Даже картины вынесли, на присутствие которых намекают оставшиеся настенные крепления. А окно закрыто наружными жалюзи. Такими обычно пользуются в торговых площадках.
Наверное, это все-таки частный дом.
Я пробую подняться на ноги. Я до конца не доверяю собственному телу, так и жду, что покачнусь или сделаю кривой шаг. Но обходится. Я сглатываю вязкую слюну и приближаюсь к двери. Звуки становятся отчетливее, и вскоре я различаю грубоватый мужской голос.
– …это небезопасно, – доносится басом. – Я с парнями не смогу полностью контролировать ситуацию.
В ответ раздается то ли короткий возглас, то ли усмешка. Слишком короткая, чтобы можно было узнать голос.
– Такие вещи надо готовить заранее, – продолжает мужчина. – Уговор был только насчет того, чтобы забрать девчонку. Мы привезли ее. Без неприятностей и хвоста. Отработали четко и профессионально…
– И получили за это большие деньги! – взрывается собеседник.
И этой фразы мне хватает за глаза. Все сомнения разлетаются на мелкие осколки, как упавшая на мраморный пол чашка. Нервный и нетерпеливый тон Ольги я узнаю даже сквозь сон. В соседней комнате совершенно точно находится она. И она же продолжает зло отчитывать мужчину:
– Я должна напоминать об этом?! Я плачу деньги! Каждому из вас! И если я хочу поменять план, то ваше дело кивнуть и придумать, как воплотить его в жизнь!
Дежавю.
Я слышала подобные проповеди в ее исполнении, когда она обрушивалась на менеджеров своей фирмы. Да и мне порой доставалось. Но сейчас это выходит за всякие рамки. Она совсем потеряла чувство реальности, заблудилась в собственном безумии, которое толкает ее на ужасные поступки. Ведь меня привезли к ней… Вырвали из машины, усыпили и принесли в эту комнату.
Что она еще задумала?
Что вообще происходит в ее голове?
И что мне делать?
– Девчонка скоро очнется, – бросает мужчина после паузы. – Мне поговорить с ней?
– Девчонку я возьму на себя, а ты решай проблему!
Снова повисает звонкая тишина.
– Есть один вариант, – со злостью выдыхает мужчина. – Назовите Маркову адрес, на который он должен приехать. Но не сюда. Назовите ему место, откуда мы заберем его. Так можно будет запутать его охрану.
– Вот видишь? – Ольга снова усмехается. – Оказывается, решение есть? Надо только накричать хорошенько, чтобы шестеренки в квадратной голове закрутились? Качки все-таки не все тупые?
Мне кажется, Ольга делает взмах ладонью. После этого доносятся тяжелые мужские шаги. Слава богу, они отдаляются, подсказывая, что охранник пошел в другую сторону. Я отклоняюсь от двери и прижимаюсь спиной к стенке.
Так что делать?
Выйти и нарваться на Ольгу?
В доме явно не один охранник. Мужчина отчетливо произнес «я с парнями», а это значит, тут несколько здоровенных мужиков. Даже не верится, что Ольга наняла их для грязной работы. Она совсем рехнулась. И она богата, так что может выделить хороший бюджет для своих истерик.
Я прикрываю глаза. Тянет вновь послать парочку проклятий в сторону Маркова. Он обещал мне защиту, но пока что его щит напоминает решето. И вот как на него не злиться?! Как не копить силы для будущих пощечин?
– Да, это я, – вновь раздается голос Ольги.
Только она мастерски меняет тональность.
Нервная взбудораженность и ярость остаются в прошлом, теперь она звучит жалобно и даже мягко. Я никогда в жизни не слышала, чтобы Ольга общалась таким образом. Я даже с трудом узнаю ее.
– Дай мне сказать, – поспешно кидает она и тяжело выдыхает. – Я слышу, что ты зол… Да-да, конечно, ты зол. Стасик, милый, я знаю, что я плохая. Я пропащая…
Она всхлипывает.
– Я не знаю, что мне делать. Сама не понимаю, что творю. Я запуталась, Стас, – что-то падает, и голос Ольги становится тонким, как шелк. – Я схожу с ума, мне так плохо… Мне так плохо без тебя. Без той жизни, которая у нас была. Я бьюсь, что-то пытаюсь делать, забыться, но оно возвращается вновь и вновь. Я не могу вычеркнуть тебя из памяти, как ни старалась. И ты был прав, месть тоже не помогает. Мне стало только хуже… Я так много вспомнила о нас за эти дни. Хорошего, понимаешь?
Снова что-то бьется.
– Нет, дай мне договорить! Я сейчас скажу то, что больше никогда не позволю себе. Глубоко в сердце я до сих пор люблю тебя. Слышишь? Это тоже не ушло. Поэтому мне так тошно. Поэтому меня так шатает… Я мечтаю уничтожить тебя и поцеловать одновременно! Это сводит с ума! Господи, да я уже сошла! Я задыхаюсь сейчас, мне так плохо. Я даже могу что-нибудь сделать с собой…
Ее голос затухает, теряя все краски разом.
– Ты можешь приехать? Один, без охраны? Ты мне нужен сейчас. Как мужчина, который когда-то был мне мужем.
