Но все же мне до дрожи приятно наблюдать, как абсолютно счастливая, пусть и смущенная, Ксения выплывает из магазина с фирменным белым пакетом в руках.
– Спасибо, – щебечет она. – Но они такие дорогие, мне очень неловко…
Неловко – это не то чувство, которое я хочу в ней вызвать. Да и вообще, разве хоть одной жене на этой планете неловко, если муж ей что-то покупает?
Впрочем, Ксения ведь не в курсе моих планов на ее дальнейшую жизнь.
Оно, вероятно, и стоило поговорить с ней о главном до похода в торговый центр. Я даже собирался сделать это за завтраком, потом подумал, что надо как-то торжественно, с кольцом. Кстати о кольцах…
– Ксюшенька, сходим в ювелирный? На втором этаже хороший магазин.
– А зачем? – тут же спрашивает она.
– Поможешь мне кое-что выбрать? Нужен женский взгляд.
Она счастлива мне помочь, тут же кивает.
Беру ее за руку, веду в магазин.
Что самое приятное, руку она не отнимает. Привыкает ко мне?
Нежно сжимаю тонкие пальцы, завожу ее в ювелирный.
Сонная продавщица даже не сразу нас замечает. Видно, не ждала покупателей. Хороша работница…
Я знаю этот магазин, не раз тут бывал. Сразу веду Ксению к дальнему стенду, зову продавщицу.
– Что вам показать? – на лице служащей появляется вежливая улыбка.
– Кольца. Интересуют модели с бриллиантами, у вас есть что-нибудь достойное?
Продавщица тут же оживает, проникается моей просьбой, спешит достать из-под стекла вереницу колец на черной бархатной подставке.
Наблюдаю за Ксенией, а та и ухом не ведет, поглядывает на кольца с вежливым интересом. Спрашивает:
– Для кого ты ищешь?
Да уж, Ксения, догадливостью ты не отличаешься.
– Для тебя, – говорю будничным тоном.
Внимательно слежу за ее реакцией.
В этот момент глаза Ксении увеличиваются до невероятных размеров. Она даже забывает, что надо дышать, и, кажется, вообще выпадает из реальности.
– Ксения, если ты еще не поняла, я не хочу разводиться.
Говорю это и застываю, ожидая ее ответа. Сердце стучит в бешеном ритме, в ушах гудит, даже ладони начинают потеть. Да, я нервничаю… Сильнее, чем ожидал от себя.
А она все молчит. Думает?
Хочу заорать: Ксения отомри!
В этот момент с ее губ слетает тихий ответ:
– Знаешь, я что-то тоже не хочу разводиться…
Слышу это, и чувствую, как мой рот растягивается в глупой, счастливой улыбке.
– Ксения, ты не пожалеешь, – обещаю ей внезапно охрипшим голосом.
– Почему-то я тебе очень верю, – вдруг признается она.
– Правильно делаешь, – киваю.
Тут же сгребаю ее в охапку, прижимаю к себе.
И плевал я на то, какими глазами на нас смотрит продавщица.
Ксения
Мы возвращаемся домой уже под вечер.
Все, что могу делать, это любоваться своим новеньким колечком. По факту единственным…
Круглый бриллиант покоится в оправе на золотом обруче и переливается бликами. Красиво, аж надышаться на него не могу.
Тимур подмечает, как я кручу руку на свету, спрашивает:
– Тебе нравится?
Офигеть, блин! А есть женщины, которым бриллианты могут не понравиться?
На автомате снимаю куртку, разуваюсь, прохожу в гостиную.
– Очень нравится, – отвечаю ему с придыханием.
Тимур меня буквально оглушил меня своим заявлением, что не хочет разводиться. Я в этом ювелирном чуть не хлопнулась в обморок. Ответила ему, вообще не думая. Что крутилось в голове, то и сказала. А потом он меня так нежно обнимал, что мозги отключились вовсе.
Когда я выбирала это кольцо, все было как в тумане. Продавщица показывала разные варианты, а оно лежало с краю. С виду не слишком приметное, но, когда я к нему присмотрелась, сразу захотелось примерить, а потом и вовсе не захотелось снимать.
Тимур мне его купил глазом не моргнув, на цену не посмотрел вообще, хотя стоило оно баснословно дорого.
Все так неожиданно, что у меня кружится голова. Еще вчера я была практически бездомной, а сегодня у меня муж, который не хочет разводиться.
Нет, ну после того, как он купил мне сапоги, я заподозрила, что что-то тут не чисто. Но такого я от Тимура точно не ожидала.
С чего он вдруг передумал? Это из-за секса? Или ему нравится, как я готовлю? Или у него какие-то другие причины?
Собственно, а почему бы мне уже не отлепить язык от неба и не спросить его самого?
Когда мы заходим в гостиную, тут же ляпаю:
– Тимур, зачем я тебе?
Он притормаживает на месте, оглядывает меня и интересуется:
– Причина не очевидна?
У-у, если я ему сейчас перечислю все очевидные для меня причины, он обалдеет.
Поэтому я лишь качаю головой:
– Не-а…
– Нравишься ты мне, – говорит он так спокойно, будто рассуждает о хлебе или там сосисках.
Вот тебе и причина!
– Ксюш, скажи, а я тебе нравлюсь? – вдруг спрашивает он.
Внимательно смотрю на Тимура.
Внешне он вообще эталон. Обожаю его бородку, красивую улыбку, горящие внутренней силой карие глаза. А еще он такой здоровенный, крепкий, его безумно приятно обнимать. Заботливый опять же, ласковый, внимательный.
Да, я не люблю его со школы, как Диму. Но что-то мне подсказывает, что могу полюбить очень быстро.
– Нравишься, – признаюсь я и нервно сглатываю.
Тимур улыбается, предлагает присесть на диван.
