– Нечего таскать тяжелые пакеты. Ты забыла, что беременна? Напиши список, я все куплю. Лучше отдыхай, жди меня. Все, пока.
Он целует меня в висок, чуть сжимает руку и отпускает.
Выхожу из его машины, оборачиваюсь и вижу – не уезжает, наблюдает за тем, как я иду на территорию университета.
Машу ему, и только тогда Тимур трогается с места. Его машина исчезает за поворотом.
М-м… Вспоминаю нашу страстную ночь, и аж подкашиваются колени. В таком состоянии только идти сдавать экзамен.
Так, соберись, Ксения. Любовь любовью, а учеба по расписанию. И кофе! Вот сейчас как пойду, как возьму себе в автомате капучино! С новым кошелечком я теперь все могу.
Окрыленная, шагаю к центральному входу, уже почти до него дохожу, как вдруг вижу неподалеку Диму с дружками. Что вообще он тут делает? У него сегодня нет никаких экзаменов.
Смотрю на него, и меня будто обдает ледяной водой, так становится холодно и неприятно на душе.
Он тоже наверняка меня заметил, ведь стоит ко мне лицом. Но притворяется, что не видит в упор.
Отлично!
Не замечай меня!
Не обращай на меня никакого внимания.
Я и сама видеть тебя не могу.
Аж всю передергивает, едва стоит вспомнить, как он убеждал меня сделать аборт.
Шагаю к входу, старательно глядя себе под ноги, взгляда на поднимаю вообще.
Впрочем, очень скоро я практически забываю о Диме.
Экзамен – это вам не шутки, это великий стресс. Те, кто придумал экзамены, – садюги! Сессия еще долго будет являться мне в кошмарных снах.
Но когда экзамен заканчивается и я, счастливая отличница, выхожу из университета, снова сталкиваюсь с Димой.
По его взгляду сразу понимаю – он меня поджидал.
Ксения
Не хочу с ним говорить, да и зачем? Все, что мог, он мне уже сказал после того, как я призналась ему, что беременна.
Делаю лицо кирпичом и старательно его обхожу.
Но Дима встает прямо передо мной и преграждает путь.
– Стой ты, видишь ведь, что ждал…
Как назло, вокруг никого, только он и я. Мне становится не по себе.
– Зачем ждал? – хмыкаю недовольно. – У тебя же есть Валя, ее жди.
– Какая, к чертям, Валя? – тут же начинает злиться он. – Я про Валю тебе написал только затем, чтобы ты ко мне приехала, неужели не ясно было? Чтобы приревновала…
Чувствую, как меня изнутри аж распирает от обиды.
– Не ясно, понял? – чеканю с грозным видом. – Мне совершенно непонятно, почему я должна ревновать человека, который сразу предложил расстаться узнав о моей беременности.
О, как четко сказала, аж сама от себя не ожидала.
Впрочем, мой аргумент на Диму никак не подействовал.
В его взгляде совесть даже не мелькает. Он, наоборот, еще больше злится, вон как пыхтит.
– А ты времени зря не теряла, – тянет он язвительно. – Со мной не прокатило, и ты нырь к богатому папику в койку… Молодец, хорошо устроилась. Сбрехала ему, что ребенок его? Или ты мне брехала?
Я отшатываюсь от него, как от заразного, свожу вместе брови, закусываю губу, пытаясь переварить услышанное. Ишь как он все перевернул! Главное, как узнал про Тимура?
– Я никому не врала! Ни тебе, ни ему…
– Ну да, ну да, вся такая честная в новых шмотках. Сколько за них проторчала в койке?
Мои щеки краснеют против воли, ведь мы с Тимуром и вправду провели уйму времени в постели.
– Не знал, что ты такая на все готовая…
– А ну, замолчи! – наконец не выдерживаю. – Ты не можешь мне ничего предъявлять, после того, как ты со мной поступил!
– Как же я с тобой поступил? – цокает он языком. – Ну-ка, расскажи!
– Ты меня выгнал в никуда беременную! – я топаю ногой. – Мне ночевать было негде… Кто ты после этого?
– Ой, вот не надо меня делать крайним, – он кривит лицо. – У тебя куча подружек в общаге…
– Много ты там кого нашел тридцать первого? – возмущаюсь я. – Вот и я тридцатого никого не нашла! У меня сел телефон, я потеряла кошелек, у меня даже не было денег поехать к маме… Я сидела на той лавочке, слезами умывалась…
– Так, стоп. – Дима выставляет вперед ладонь. – Ксюха, ты что за сказки рассказываешь?
– Какие уж тут сказки, – горько вздыхаю, вспоминая тот день.
– Ты серьезно, что ли? – как-то неловко усмехается он, а потом вдруг серьезнеет: – Ксюнь, ты почему тогда ко мне не пришла?
Нормальный такой вопрос.
И вправду, чего это я к нему не пришла? Он меня выставил, как ненужную зверушку, а я к нему кланяться в ноженьки. Спаси, дорогой Дима, а то мне ночевать негде.
Самое обидное, что если бы не Тимур, то вполне возможно, я пришла бы, когда вконец замерзла. Как хорошо, что мне не пришлось это делать.
– Это ведь так приятно просить помощи у парня, который указал на дверь, – тяну донельзя обиженным голосом. – Представляю, с каким лицом ты бы меня встретил.
– Ксюх, ну хватит делать из меня монстра, я бы помог. Я, если хочешь знать, уже на следующий день пожалел, пошел тебя искать…
Во мне вдруг просыпается язва восьмидесятого уровня:
– Скажи-ка мне, Дима, а ты пожалел до или после того, как по эсэмэскам начал поливать меня грязью, предлагать аборт? Иди ты знаешь куда со своим «пожалел»!
