– Мын нэх, антэ? – вновь потребовал голос.
Андрей поднял руку к лицу, заслоняя солнце. Воин был одет в кожаные доспехи на манер римского легиона, точь-в-точь как в его снах. Он стоял над Андреем, уперев руки в бока, и ждал ответа. Андрей застонал – то ли от боли, то ли от усталости, то ли от понимания того, что все произошло с ним наяву и, более того, продолжает происходить.
– Ынде тысэмах? Мэнгэр тычаляллех? – не унимался незнакомец.
Андрей застонал еще сильнее. Его нога ритмично пульсировала, посылая в мозг острые вспышки боли. Андрей тяжело вздохнул. Грудь его поднималась с трудом, и ему казалось, что ее сверху придавили тяжелой плитой. Андрей вновь закрыл глаза. Ему совсем не хотелось опять приходить в себя в этой сумасшедшей реальности. Через несколько секунд Андрей услышал, как мужчина удаляется, так и не дождавшись ответа. Откуда-то неподалеку послышались другие голоса, которые что-то активно обсуждали на непонятном ему щелкающем языке.
Вдруг его лодыжки коснулось что-то холодное, и пульсирующая боль слегка отступила. Андрей дернулся и вновь открыл глаза. На этот раз он увидел перед собой молодую белокурую девушку, которая стояла рядом с ним на коленях и накладывала ему на ногу некое подобие компресса. Андрей расслабился. В этом мире это был его первый контакт с людьми, которые не только не собирались разорвать его на куски, но даже пытались помочь. Андрей вновь откинулся назад и закрыл глаза. Он тут же почувствовал, как сон опять охватывает его сознание. Под шелест листвы и монотонные голоса он вновь впал в беспамятство.
– Нет, ну сколько раз вам можно говорить, странный он какой-то, подозрительный. Нельзя ему верить. Лучше оставить его здесь – и все, не надо нам лишних проблем сейчас.
Парес указал рукой в сторону Андрея.
– Одна одежда чего стоит! Вы ткань-то на штанах видели? Такую ни один портной даже в былые времена не смог бы сделать. Она же плотная, и в то же время тонкая совсем. Джад, сам знаешь, тебе же ее руками было не порвать, когда мы ему ногу перевязывать собирались. А его ботинки? Я такой выделки кожи в жизни не видел! А вы мне поверьте, я знаю, что говорю, я в моде и соответственно в обувном деле кое-что понимаю. А его дорожная сумка? Вы когда-нибудь что-то подобное видели? Такие швы ровные везде, и в то же время прочно сшита. И материал опять же неизвестный.
– Не знаю, Парес, как насчет оставить его здесь или нет, но это не обычный холоп перед нами. Да что там говорить, кругом ведь еще и надписи странными буквами. Если это надписи, конечно, а не заклинания какие-нибудь, – поддержал его Ралло.
– Не удивлюсь, если и заклинания, – сказал Мигело. – А эта сфера в его дорожной сумке с зеленым сиянием внутри… – задумчиво добавил он. – Она не может быть творением человеческих рук.
– А что, если это один из наездников перед нами? – воскликнул Парес, внезапно воодушевившись собственной идеей. – Ну, я имею в виду, без маски и все такое. Мы же их близко-то и не видели никогда живыми.
– Лично я сильно сомневаюсь, что он наездник, – ответил Джад. – Что, по-твоему, наездник делал ночью в реке? Искупаться пошел? Мы же видели, что в городе полно безумных. Я бы скорее сказал, что этот парень чудом от наездников спасся. И он явно пришел из Арара, видимо, прятался где-то, ночи дожидался. Может, даже был в плену и сбежал. Как бы то ни было, он может нам рассказать, что там происходит.
– А если он все-таки наездник? Что тогда? – Паресу явно не хотелось отказываться от своей догадки.
– Тогда нам очень повезло, – сказал Джад. – Никогда еще нам не удавалось взять их живыми. И у нас есть уникальный шанс во всем разобраться.
– Вот я прямо сейчас во всем и разберусь, – решительно сказал Парес и зашагал к Андрею.
Из сладкой дремы Андрея вывел удар ногой в ребра. Он поспешно открыл глаза и увидел над собой широкоплечего бородатого мужчину в потертом синем кителе.
– Антэ галяби нэх? Йесэу гэляби? Мыльс! Мыльс, ынэгрыхаллеху! – прокричал мужчина и занес ногу для нового удара.
Девушка, которая тем временем обрабатывала ему ссадины, подпрыгнула и что-то начала ему кричать. Подоспели остальные. Андрей почувствовал приступ дурноты. Ему казалось, что он находится в каком-то бредовом фильме, где римские легионеры и солдаты Наполеона вместе сражаются с полчищами зомби. Андрей закрыл лицо руками и поджал ноги к груди, готовясь к новым побоям.
Легионер, который подходил к нему прежде, взял бородатого мужчину за плечо и что-то быстро начал ему говорить. Бородач открыл было рот, чтобы ответить, но передумал. Вместо этого он смачно сплюнул на землю и быстро зашагал прочь. Отойдя в сторону, он уселся на корточки, демонстративно повернувшись к остальным спиной.
– Мэнгэр тычаляллех? – спросил его легионер, и Андрей понял, что на этот раз ему придется что-то ответить.
Эх, Алексея Степановича бы сейчас сюда, он, может, и сумел бы с ними объясниться, с горечью подумал Андрей и тихо промямлил вслух:
– Не понимаю я, я вообще ни черта не понимаю. И не только тебя и твой странный язык, я вообще ни хрена не понимаю, что здесь происходит.
