– Сильнее.
Мигело уперся ногами в противоположную стену и навалился вперед всем своим весом. Его руки задрожали от натуги, а вены на лбу набухли и готовы были в любой момент разорваться. Когда Мигело уже было решил, что им ни за что не сдвинуть это (чем бы это ни было) с места, он вдруг почувствовал едва уловимое движение.
– Сильнее, – взревел Макхэкв, хрипя от натуги.
Наконец крышка люка поддалась. Через несколько поворотов запор начал крутиться легко, и через минуту Мигело почувствовал, как в его руках оказалось что-то очень тяжелое.
– Тяни его на себя, – сказал Макхэкв, вытаскивая крышку люка. – Пришли, здесь должно быть то, что нам нужно.
Мигело было сложно поверить, что мощнейшее осадное орудие, которое должно было уничтожить врата Великого Тоннеля, находится здесь, в темной комнате сбоку от какого-то узкого коридора.
Макхэкв на четвереньках пролез в образовавшееся отверстие.
– Не предполагаться, что кто-то сюда вообще ходить.
С этим утверждением Мигело вряд ли мог поспорить.
– Тут только дроны строительные при сборке перемещаются. Э-э, это такие, как тебе объяснить, ну не суть важно, в общем. В общем, для людей это не предусматриваться.
Последние слова Макхэква прозвучали как-то гулко, и Мигело понял, что они оказались в закрытой комнате.
– Круглое оно, это помещение. В смысле шар. Осторожно, тут пушка в центре.
– Что?
– Осадное орудие наше.
– А, понял.
На самом деле Мигело не понимал ровным счетом ничего.
– Иди сюда.
Мигело пошел на голос.
– Вот, сюда загляни.
Макхэкв взял Мигело за руку, показывая ему нужное место.
Мигело прищурился. Сначала он ничего не увидел, но потом понял, что кочевник имел в виду. Перед его глазами была какая-то прозрачная поверхность, через которую проникал едва уловимый ночной свет. Устроившись поудобнее, Мигело разглядел где-то вдалеке круглое отверстие, которое выходило наружу.
Перед ним предстала толпа безумных. В следующий момент толпа пришла в движение.
Одиннадцать машин выстроились в отсеке для роверов неровным клином. Уже сама попытка занять боевую формацию оказалась нелегка. Два ровера с шумом шаркнулись друг о друга бортами, пытаясь одновременно выдвинуться вперед. Другой ровер неожиданно сдал назад и ударился кузовом о стену. Только в этот момент Андрей понял, что у роверов должен как-то включаться задний ход и что он не имел ни малейшего понятия, как это делается. Что ж, теперь только вперед. Отступать больше некуда. За родину, как говорится, хоть и за чужую, и за… нет, не за Сталина, за себя. За кого же еще.
Ровер, в котором находились Андрей и Ксермет, был во втором ряду их формации. Это должно было дать им временное прикрытие. Первый ряд должен был уничтожить как можно большее количество безумных и разойтись в стороны, пытаясь взять оставшиеся силы врага в окружение. Тогда Андрей вместе с другими тремя роверами должен был взять курс на портал. А дальше можно было только импровизировать.
Ксермет взял в обе руки рычаг управления лазерным пулеметом на крыше ровера. Макхэкв сказал, что принцип работы его, по сути, тот же самый, что и у обычного пистолета. Ксермет провел пальцем по гладкой поверхности, и рычаг ответил легкой вибрацией. С крыши донесся звук гидравлического мотора, который развернул массивный пулемет и привел его в боевую готовность. Ксермету не терпелось пустить его в ход.
Андрей поднял глаза кверху и уставился на узкую сенсорную панель. Как только завелся мотор, на ней загорелись непонятного вида знаки. Согласно Макхэкву, они предоставляли водителю целый ряд полезных функций, которые, опять же согласно Макхэкву, им сегодня были абсолютно безразличны. Кроме одной, которая должна была послать сигнал «Альзирру» открыть двери гаража.
Макхэкв набросал эту пиктограмму в тетради рядом с планом корабля. Андрей и Ксермет склонились над ней вместе, пытаясь отыскать нужный знак. С точки зрения Андрея они все были ужасно похожи и напоминали ему то ли китайские иероглифы, то ли бессмысленные рисунки годовалого ребенка или душевнобольного.
В конце концов Андрей и Ксермет сошлись во мнениях, и Андрей дотронулся до кнопки с изображением, которое отдаленно напоминало открытую дверь. Сначала Андрей решил, что кнопка не сработала, и хотел уже было ткнуть в нее еще раз, как вдруг почувствовал приятное тепло, расплывшееся по его телу. Так-так-так, подогрев сидений. Не удивили, такое даже в моей старой «шкоде» имеется.
Ксермет вопросительно посмотрел на Андрея. Андрей развел руками, и они принялись вновь сверять символ в тетради с пиктограммами на панели. Андрей хотел было начать тыкать в них по очереди, но сдержался. Ему не очень хотелось вступать в бой ни с работающим массажем спины, ни с тонированными стеклами посреди ночи.
Наконец они опять достигли консенсуса, и Андрей нажал на другую кнопку. По его мнению, рисунок на ней отличался от предыдущего только маленькой закорючкой в правом верхнем углу. Кнопка принялась мигать красным цветом, и у Андрея душа ушла в пятки. Сейчас катапультируют к чертовой матери, прямо в потолок.
