Хотя, на минуточку, создатель фальшивого профиля даже не удосужился поинтересоваться, а согласна ли настоящая Евгения на использование ее личных данных при общении с незнакомцами.
С тяжёлым вздохом скользнула взором по невольному заложнику сложившейся ситуации.
Парень выглядел потерянным, злым и уставшим.
Частично разделяла его негодование. Еще Илья подавленно вздохнул, казалось, разом постарев лет на десять. Сердечные дела ужасно ранят.
— Тогда с кем именно я общался? Кому писал?! Ради кого все бросил и приехал в другой город с билетом в один конец?! — при окончании мыслей вслух тот не заметил, как перешел на отчаянный крик, с досадой стукнув кулаком по полу. — Мне даже идти некуда! Я не могу вернуться назад! Мы с отцом… Пффф, ладно. Тебе, наверное, это совсем неинтересно. Да и поздно. Я лучше пойду.
Мне стало искренне жаль парня.
— Куда ты собрался в такой лютый мороз?! На улицу спать?! Ненормальный! Оставайся уже. Приведешь себя в порядок. Временно поживёшь здесь. Тем более, что маминому знакомому срочно требуется толковый разнорабочий. Ты вроде — парень симп… То есть крепкий… Справишься. На первое время вполне неплохой вариант. А дальше разберёшься. Вон какой инициативный.
Опять Женька не удержала свой ездовой сарказм в узде! Не выйдет из Шариковой достойного партизана или идеальной жены. Кроткость не про меня, а золотым молчанием с пеленок не владела.
Он посмотрел на меня с огромным удивлением.
Знаю. Мало кто в наши времена горемычные согласится предоставить крышу над головой человеку, с которым общался от силы минут пятнадцать. Подобных чокнутых дефицит.
— Верхнюю одежду вешай сюда, а ботинки в эту полку, — уверенно продолжила наш диалог. — Спать будешь на диване. В гостиной. Аптечку сейчас принесу, как и полотенце. Ванна — третья дверь справа. Чайник поставить?
Илья заметно смутился.
— Ты совсем не боишься меня, Женя? — вдруг спросил он. — А если я мошенник какой-нибудь или маньяк?
— Ты? Нет, — категорически отрезала, вызвав новое удивление.
— Откуда такая уверенность? — недоверчиво поинтересовался парень.
— Твои черты лица говорят больше, чем слова, — сухо отозвалась и бесстрашно направилась за аптечкой с полотенцем.
— Вот как, — задумчиво прошептал во след Илья, после чего начал раздеваться в коридоре.
Оставшись снова в одиночестве, неожиданно поймала себя на том, что очень сильно волновалась. Ладони аж вспотели. Сердце стучало, как бешеное. Дыхание давалось с трудом при мыслях, что в компании ночного гостя впервые чувствовала свободу. Мне не хотелось убежать или прервать разговор. Я будто знала Илью давно. Странные чувства!
Как можно знать того, с кем лишь недавно познакомилась?
Ага, блин, опомнилась! Ты уже впустила в дом и оставила жить непонятно кого, при этом не имея ни малейшего понятия, а сможешь ли потом выгнать в случае, если приезжий примется злоупотреблять твоей жалостью?
Эм-м-м.
Я сама с себя в афиге, но сделанного не воротишь! Некрасиво будет сказать одно, затем сделать другое.
Аптечка, Шарикова, аптечка! Кое-как встряхнулась и взяла старенькую табуретку.
Третьякова, Третьякова. Сколько раз просила ее переставить лекарства? Хорошо, что сама их редко брала, а то с моим ростом тянуться проблематично. Вот и сейчас пришлось подняться на носочки, чтобы ухватить коробку.
Есть!
Довольная собой стала медленно опускать и…
Поскользнулась.
Табуретка, предательски скрипнув, подло ушла из-под ног.
От падения спас Илья. Молниеносно оказавшись рядом, он без труда подхватил меня вместе с аптечкой.
— Не слишком ли высоко для тебя, хозяйка? — обеспокоенно спросил тот, а я вздрогнула от нашего соприкосновения.
— Да… э-это… Д-дашка за-закинула. Она-то вы-выше ме-меня, — нервно заикаясь, отозвалась недовольному спасителю, который, к слову, успев смыть с лица «боевой раскрас», оказался еще симпатичнее прежнего.
Мамочки! Зачем он только умылся?! Решил так хозяйку небольшой квартирки приватизировать вместе с квадратными метрами?
Ой, о чем я думаю?!
— Твоя сестра? — для себя уточнил Илья, продолжая держать меня на руках.
Неловко. Господи, до чего неловко испытывать на себе его взгляд. Вот так влюбит паразит, а потом исчезнет! И что делать дальше останется? Закусила нижнюю губу, стремясь удержать в себе живую воду.
Заметив мое явное затруднение с дальнейшим диалогом, он примерно за четыре размашистых шага преодолел расстояние от стенки со шкафами до дивана и опустил на него.
Все это время я почему-то старалась не дышать, упрямо рассматривая глаза парня.
Красивые они у него, у засранца!
В относительные чувства привела острая нехватка кислорода, спровоцировав свойственный ей кашель.
— Все нормально? — тут же поинтересовался новый квартирант, за которого Третьякова Женьке сто процентов всю нервную систему сожрет, припоминая давний уговор не предоставлять ночлег особям мужского пола ни под каким предлогом!
Чую, она вообще со свету сживет!
Запоздало закивала «болванчиком».