На что я понимающе покивал, то что «знания гильдии» — секрет полишинеля для власть предержащих, было очевидно любому с двумя извилинами. Как и ограничения на их распространение были, с точки зрения правящей верхушки, оправданы.
Причем, подозреваю, в начале инициированного реформистами конфликта, схроны и укрытия теневой гильдии сгорят первыми. Теневики, впрочем, тоже не дети, но тут кто кого переобманет, это понятно.
— Ваши специалисты могут создавать очень неплохие учебники, — потыкал я лапой в стопку «целительской литературы».
— Могут, — согласно покивала Джоанн, — вопрос в том, зачем. Того что ты принес, хватит, положим, на оплату одного учебника…
— Двух, — отрезал я, — начала по менталистике и биомагии, по аналогии с целительством. И тысяча галеонов с тебя, — намекнул я на «залоговую сумму».
— Вот даже не знаю, то ли наглостью восхищаться, то ли доверчивостью, — протянула Длинная. — Еще скажешь, что за неделю все сделать надо?
— Джоанн, я не идиот. Таких компаний, как у меня, на всей земле сейчас работает с десяток, остальные в Родах, на длительном отдыхе или вообще отошли от дел. У вас, например, наберется не одна компания на нунду, так что ж вы, гильдия, не сами направились в Африку? — с наигранным гневом спросил я, после чего изобразил действие отката.
— Живой? — осведомилась явно не заинтересованная в моей смерти дама, — ты поаккуратнее, помрешь, и дела не будет. Да и Мари расстроится, а она хорошая девочка. Ладно, будут тебе учебники, но сработаете под заказ.
— Плюс деньги, если под заказ, — отрезал я. — Жить на что–то надо, и прочее. Давай смотреть и считать.
Сидели, рядились, в итоге сошлись на двух смертоскрутах, учебники, плюс пару тысяч. Ну, деньги мне, в принципе, нужны, выходить в минус, с учетом Отмороза, я не собираюсь.
И продолжил я старый свой график. Целительство в целом оказалось для меня более полезным как теория, нежели практика — набор заклятий, зелий. Снятие проклятий и последствий чар и поражений различными типами и видами существ. Потихоньку учил, но не акцентировался, в литературе по целительству не было базиса — как, например, работать с клеткой. Только с тканями, целыми органами, с общими состояниями. Интересно, полезно, применимо при наличии подопытных, для диагностики, ну и не сказать чтобы особо нужно в остальном.
На следующей неделе, прогуливаясь в Косом, что стало для меня некой традицией, тренировкой метаморфизма, формой отдыха и способом сбора слухов, я чуть не был сбит с ног толстым лысеньким мужичком, благоухающим перегаром.
— Тысяча извинений, любезный! — обдал меня перегаром колобок. — Просто такая радость, такая честь! Впрочем, простите мою неуклюжесть и торопливость, Абрахам Ойлпот, к вашим услугам, — с этими словами поддатый раскланялся, чуть не растянувшись на земле.
Пришлось напрягаться и придерживать беспалочковой левиосой за одежду, единственный допустимый и «неагрессивный» способ оказать помощь в подобной ситуации среди «достойных магов». Быдло всяческое, безусловно, могли и рукой придержать и просто дать упасть. И даже, что самое ужасное, навести палочку на незнакомого мага, что однозначно интерпретировалась как подготовка к нападению.
Но достойный джентльмен и леди непременно должны были владеть беспалочковой левиосой, дабы придержать или помочь собеседнику достойно и не нарушая традиций.
— Тысяча благодарностей, почтенный…? — выдал распрямившейся толстяк.
— Рид, Майлз Рид, — слегка поклонился я, будучи в образе сорокалетнего мага, пристойного но «неопределенного»: мог быть и чистокровным, и клановым из сопределья, да и родовым из небогатого рода.
— Еще раз, безмерно благодарен, мистер Рид, — частил толстяк, — вы непременно должны угоститься, безусловно, за мой счет, кружечкой «Огденского»! — после чего Ойлпот захихикал, а на мою поднятую бровь пояснил. — О, мистер Рид, это и вправду забавно, — частил он, делая приглашающие жесты, на которые я с некоторым сомнением шел — черт его знает, все равно собираю слухи, может и полезное что расскажет. — Меня сегодня посетил мистер Огден, племянник, — на что я покивал, Огдены славились многочисленностью, невзирая на биологические ограничения магов. — И предложил мне замечательную сделку. И честь, — воздел он палец, — великую честь! Ну а не выпить по этому поводу «Огденского», — опять захихикал толстяк, — просто грех!
Ну и дотащил меня до открытого кафе, в котором чуть ли не насильно влил стакан огневиски, под соусом продажи «Самому Гарри Поттеру, сэр!» своего домика, точнее эксперимента в архитектуре, судя по невостребованности в течение трех лет — провальному. Ну, по словам Абраши, опять же. Вообще, вывалил он на меня море ненужной и неважной информации, а по прощанию, чуть не пустил слезу и присел на уши очередной жертве.
Этак через пару часов и в Москве будут знать, где поселился «Сам Гарри Поттер, сэр!», хмыкал я.
А вообще, похоже, Гарик в соседях у рыжих. Сам выбрал или случайность — не важно, но вот то, что седьмая пробьется ему в койку — 146%. Нутро неприятно кольнуло отношение меня–прежнего к девице, что я успешно подавил.
