Заверив, что приложит все (на этом моменте дама многозначительно посмотрела на меня) усилия, чтобы вся доступная информация была у меня к следующим выходным, миссис Доулас удалилась, на прощание выразив надежду что она хорошо воспитала девочку.
Вот и славно, думал я, обедая с девчонками. Не особо я рассчитываю на какой — то лютый компромат и подобное, но данные не помешают. И по логике, и по предчувствию, к которым я стал прислушиваться.
Вечером полюбовался девушками, уснувшими вместе, да и отправился возиться с букетом, дел там еще невпроворот, а отоспаться смогу и в Хоге.
Дела в Хоге несколько испортили мне настроение, по нескольким пунктам. Борода несколько раз таскал избранного к себе и, похоже, вариант со свалившим на юга Избранным окончательно нежизнеспособен. Жаль, конечно, но канон, куда деваться. Хотя, было желание схватить Гарика за шкирку, сломать ногу (за дело!), заорать в ухо «Беги глупец!» и придать пинком ускорение.
Останавливало многое, как минимум то, что ломать ногу и кричать беги — не совсем разумно. Но не ломать — не интересно, я за Панси ему отомщу, есть у меня такое желание, неизбывное притом.
И очень мне не нравились новости о кузине, но на контакт она не шла, просто игнорируя. Нехорошо, как бы не пришлось махнуть на неё рукой, грустно думал я. Но Хог она не покидает, а в Хоге я с ней на откровенный разговор не пойду, это с немалой вероятностью гробанемся оба.
Но с другой стороны, новости в рамках Рода были приятные, хотя, безусловно они не нивелировали вопрос с родственницей. Тем не менее, настроение у меня было приподнятым, хотя сам факт в первые часы несколько напряг.
А именно, в среду, в процессе решения всяких интересных вопросов с Панси, в спальне объявилась Флора. Полюбовалась решением вопроса, покраснела, прикрыла мордочку ушками и оповестила, что у молодого мастера Пайка буквально несколько минут назад родился сын.
Учитывая ситуацию, в которой я находился, несколько психологических установок как позитивного, так и негативного толка, для начала я преждевременно эякулировал, совершенно бессознательно. С некоторой иронией отметил что «салют удался», ну и поднялся с кровати, накидывая мантию.
Панси, впрочем, так же потянулась за одеждой, что, прогнав в голове устав, её статус и прочее, я нашел разумным. Остановить Флору от перемещения нас двоих в Хогсмид, сможет только домовик Хога, которому я, в таком случае, с полным основанием снесу голову. Прихвачу с собой и после знакомства с отпрыском и имянаречения пойду ею размахивать в Визенгамот, завывая о попрании всего, чего можно, а особенно — того, чего нельзя.
Очевидно, почувствовав свою возможную незавидную участь, домовики нам не препятствовали. Так что у меня мы с Панси оказались через несколько минут. Оливия, держа на руках карапуза, с улыбкой его качала на руках и пыталась накормить. Сам же красноватый спиногрыз, по — моему, не вполне свыкся с изменением обстановки и даже не кричал, пуча глаза на окружающий мир. Ну, решил я, забавное такое создание. А главное, его голову покрывал абсолютно белый пух, что автоматически решило вопрос с именем.
Тем временем карапуз смирился с тем, что вот недавно было тепло и хорошо, а сейчас все наоборот. И присосался к сиське. Все правильно сделал, одобрил довольный я и вошел в глубокий транс.
Во — первых, мне надо было привести себя в порядок эмоционально. Хоть я и осознавал, что роды — процесс простой и естественный, но от гормональной бури меня это не уберегло. Впрочем, прокрутив в голове акушерские чары, которые не раз и не два читал вместе с Оливией, я успокоился.
По сути, у девочки отошли воды, максимум — произошло одиночное мышечное сокращение и все. Четыре заклинания и чистый, сухой спиногрыз на руках, а организм матери судорожно пытается отдуплиться, выводит окситоцин и прочие прелести.
В идеале, имело бы смысл этот период проходить с целителем — ну, на мой взгляд: смыкание шейки, заживление плацентарной раны — однако, маги рожали так тысячелетия, и родовая смертность фактически равнялась нулю, как матери, так и ребенка. До и после — гораздо выше, но сами роды и их непосредственные последствия реально были изучены и не представляли опасности.
Прогнав все эти моменты в уме, я успокоился, ну, по большей части.
Во — вторых, немаловажный момент биологических механизмов и магии. Тут было веселее, но довольно органично, в самом прямом смысле слова. К мелкому я относился ровно, тепло, но без заскоков. А заскоки были на Оливию, причем магия подталкивала сознание продолжать воспринимать их со спиногрызом одним целым.
Ну, в принципе, прикидывал я что и как, да и чем мне все это грозит, вполне нормальный и не деструктивный механизм. Правда потребности «рядом дневать, ночевать, не отходить, оберегать» надо ослабить — просто жить будут мешать при высокой интенсивности.
