Эта боль пронзила меня, как осколок стекла в груди, каждое сердцебиение лишь глубже вонзало его в меня. Я знала по опыту потери матери, что горе полно таких мелких ловушек — не только острой тоски, но и мелких уколов воспоминаний и нереализованных желаний. Люди исчезают мгновенно, но всё, что ты хотел им рассказать, показать или сделать вместе с ними, остаётся.
После часа бесцельной ходьбы я признала, что никогда не найду тронный зал. Я ошиблась где-то с поворотом, и этот путь вел наверх. Я оставалась на основном склоне, не заходя в двери, которые заманчиво выглядывали то справа, то слева. Некоторые из них были закрыты, но в других я видела пустые комнаты, уютные гостиные или библиотеки. Даже ряд небольших лавок, где фейри прислужники выбирали ткани, стекло и украшения.
Путь расширялся по мере подъёма. Факелы мерцали в искусно вырезанных кронштейнах, а кристаллы на потолке сияли ярким светом полудня. Ближе к вершине склона кристаллы исчезли, и путь освещался только факелами, их свет отражался от обсидиановых стен.
Склон выровнялся, и передо мной открылось широкое помещение. По бокам стояли устрашающие каменные статуи, а через центр комнаты, преграждая дальнейший путь, тянулась занавесь огня.
— Потрясающе, — прошептала я, поражённая видом огромной, яростно трещащей стены пламени.
Когда я подошла ближе, одна из статуй повернула голову, чтобы взглянуть на меня. Это была не статуя, с ужасом осознала я. Это был гаргулья прислужник фейри. Существо, серое, словно уголь, с рифлёным лбом, скрученными рогами и массивными крыльями, его передние когти скребли по полу, издавая жуткий звук, от которого волосы на моих руках встали дыбом.
Я повернулась, чтобы сбежать… и врезалась в другую гаргулью.
Её глаза полыхали яростью, и она схватила меня за запястье, её когти вонзились в кожу.
— Нарушители должны гореть, — сказала она голосом, похожим на грохот обрушивающихся валунов.
Затем она потянула меня к огню.
— Пожалуйста, отпустите меня, — взмолилась я, пытаясь вырваться, но гаргулья была неумолима. Она дёрнула моё запястье, вынуждая меня идти за ней или быть волочимой.
Пламя заслонило всё в поле зрения, огромная, извивающаяся стена тянулась до высокого, почерневшего от дыма потолка. Пот лился с моего лица, кожа натягивалась под ударом мучительного жара. Вскоре эта жара станет невыносимой, и если гаргулья бросит меня…
Смерть от огня будет невыразимо болезненной.
— Я не хотела сюда заходить! Я даже не знаю, где нахожусь. Пожалуйста!
Гаргулья зарычала и встряхнула меня. Я обмякла, пытаясь замедлить её шаг, утяжелив её своей массой, но она двигалась вперёд, как будто я ничего не весила. Я брыкалась и царапалась об пол, умоляя о своей жизни, пока её когти впивались в моё запястье, оставляя кровоточащие следы.
Жар обжигал меня, когда пламя приблизилось. Кинжал спустился вниз по моей руке, пульсируя в такт с моим бешеным сердцебиением, но что бы он ни собирался сделать, это будет не вовремя. Мы были всего в нескольких шагах от огня. Гаргулья схватила меня за плечи, готовясь швырнуть внутрь.
— Стой.
Чёткий мужской голос прорезал треск пламени. Гаргулья замерла мгновенно.
— Отпусти её.
Её когти разжались, освобождая меня, и я отшатнулась от огненной стены. Поскользнувшись, рухнула на пол… и обнаружила, что смотрю прямо в насмешливое лицо одного из Благородных Фейри.
Это был Друстан — дерзкий, невероятно красивый принц, который подмигнул мне в тронном зале. Теперь, оказавшись так близко, я разглядела медно-красные волосы, в которых искрились пряди алого, золотистого и чёрного — точно сменяющиеся оттенки пламени за моей спиной. Он носил свободную рубашку алого цвета, заправленную в чёрные обтягивающие брюки, а на золотом поясе висела рапира.
В его серых, как пепел, глазах мелькнуло веселье.
— Уже успела попасть в неприятности?
Я вскочила на ноги и сделала реверанс, бросив взгляд через плечо, чтобы убедиться, что гаргулья не преследует меня. К счастью, она медленно возвращалась на свой пост. Собравшись с духом, я обратилась к принцу Друстану, изо всех сил пытаясь преодолеть страх, всё ещё сковывающий моё горло:
— Я заблудилась. Простите меня. Я сейчас уйду.
Его рука мягко, но уверенно остановила меня, коснувшись моего левого предплечья.
— Подожди.
На другой руке кинжал заметно вздрогнул, словно ожил, хотя его лихорадочный пульс замедлился. Теперь я не могла понять, была ли эта дрожь предупреждением или кинжал просто указывал мне на то, насколько могущественен принц. Что он сделает со мной? Где бы я ни оказалась, очевидно, я нарушила границы.
Принц Друстан был выше меня на целую голову. Его пальцы, горячие, как огонь, мягко подняли мой подбородок, заставляя меня посмотреть вверх. Я изо всех сил старалась не отвести взгляда от его глаз, в которых отражалась необузданная сила. Магия исходила от него волнами, и воздух вокруг него казался искажённым.
— Ты понимаешь, где находишься?
Может быть, было глупо признавать незнание перед одним из Благородных Фейри, но у меня не оставалось выбора.
— Нет, мой лорд… то есть, мой принц.
Он улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.
