— Хотела бы я знать, что они сделают с твоим разумом, — сказала я. — Зная Дом Света, это, скорее всего, будет больно.
Я передёрнулась, вспоминая, как принц Роланд наслаждался казнями.
Лара поморщилась.
— Думаю, ты права. Я никогда не понимала, почему они такие садисты.
Я закрепила косу на её голове и добавила жёлтый цветок.
— Я слышала, что они невосприимчивы к магии.
— В основном да. По крайней мере, они к ней устойчивы — Иллюзия может обмануть их на пару секунд, но не больше. Даже лозам Орианы пришлось бы изрядно постараться, чтобы пробиться сквозь их защиту. Именно поэтому король делает их тюремщиками и палачами: их нельзя обмануть или ранить магией других домов.
Я вспомнила крылатых стражников с того ужасного, кровавого ужина — их белоснежные глаза и гладкую кожу там, где должны быть рты.
— Хотя никто не может убить с помощью магии без разрешения короля, — продолжила Лара. — Это слишком истощает силы, но раньше такое случалось чаще, до восстания. Дом Света иногда сражается магией, но предпочитает оружие. Это так примитивно.
Как у людей, подумала я, но не сказала.
— Часто ли фейри сражаются? — спросила я. — Вряд ли войны здесь так уж обычны.
— Небольшие стычки между домами случаются довольно часто, или даже между семьями внутри одного дома. Но настоящая война была лишь одна — во время восстания. Ориана говорит, это было ужасающе.
Лара окинула взглядом своё отражение в зеркале.
— Ты становишься лучше в этом. Найди ожерелье, и я готова к ужину.
Я начала перебирать украшения в её шкатулке.
— Тебе вообще нравятся эти ужины?
— Не особо. Все такие конкурентные, что только и делают, что оскорбляют друг друга. Гаррик и Гита любят говорить мне, что я провалюсь.
Гаррик и Гита, похоже, наслаждались тем, чтобы мучить всех вокруг.
— Обязательно ли пройти все испытания, чтобы победить?
Если так, то Карисса и Талфрин уже были обречены.
— Думаю, нет. Судя по всему, решение принимается на основе общей успеваемости, но никто не знает, как магия это определяет.
Она отмахнулась от этой мысли и поднялась.
— Пойдём.
Тем вечером я стояла рядом с Эйденом, наблюдая, как Лара разговаривает с другими кандидатами за небольшим ужином, устроенным Домом Иллюзий. Гаррик и Маркас сидели вместе, а Гита и Карисса снова объединились в союзниц по язвительности. Все четверо постоянно оскорбляли Лару.
Лара была права — она действительно научилась выглядеть равнодушной. Но я могла понять, когда колкость попадала в цель, по тому, как её пальцы сжимались или дёргался глаз.
— Она хорошо держится, — сказал Эйден. — Во время первого испытания она удивила всех.
— Она сильнее, чем кажется.
— Эдрик больше не недооценивает её.
Кандидат из Дома Огня действительно показал себя, завершив лабиринт вовремя и собрав два жетона. Пока Эдрик запрокидывал голову, смеясь над шуткой Гиты, Эйден смотрел на него с тёплой улыбкой.
— Ты заботишься о нём, правда? — спросила я.
— Очень, — ответил он.
Как несправедливо, что кандидаты сталкивались с угрозой смерти, когда у них были друзья и близкие, которые переживали за них. Что бы делал Эйден, если бы Эдрик потерпел неудачу? Куда бы он пошёл? Мы с ним стояли на равных, но если я могла хоть как-то предотвратить его утрату…
— Испытание Иллюзий будет состоять из головоломок и загадок, — прошептала я. — А у Дома Света это будет проверка дисциплины: контроль над телом, когда разум нарушен.
Он удивлённо взглянул на меня. Я пожала плечами.
— Считай это платой, — сказала я. — За то, что ты тогда рискнул и помог мне перед испытанием Пустоты.
— Но ты дала мне три информации, а я — только одну.
— Значит, придумай что-нибудь ещё. — Я подмигнула, и Эйден рассмеялся.
Лара задержалась на приватные посиделки с другими кандидатами, поэтому я отправилась в Дом Земли одна. Я выбрала другой маршрут, менее прямой, но проходящий мимо интересных комнат. Один из коридоров был выстроен с нишами, в которых стояли мраморные статуи: лорды и леди Благородных Фейри, изображённые в натуральную величину, настолько реалистичные, что казалось, вот-вот вдохнут.
Воздух в коридоре сдвинулся от странного сквозняка, которые иногда блуждали по Мистей. Пламя факелов затрепетало, тени углубились, и мне почудилось, будто мраморные глаза двигаются, следя за мной, а мраморные руки сжимаются на оружии.
Я покачала головой, осуждая собственную глупость, и остановилась у статуи прекрасной леди, укутанной в розы, приказывая сердцу успокоиться.
В коридоре за моей спиной послышались шаги. Я резко обернулась, но облегчённо выдохнула, когда появился принц Друстан. Он улыбался, выглядел расслабленным, его наряд ярко поблёскивал в свете факелов.
— Добрый вечер, Кенна, — сказал он, останавливаясь рядом со мной. Он кивнул на статую. — Вижу, ты нашла первую леди Дома Земли, принцессу Клоту.
