- Таки ви думаете, что мои дети, когда они появятся в этом коварном мире, скажут папе огромное спасибо, что он даже не поторговался за этот гешефт? Они будут плакать и стенать, стенать и плакать, а у жены ослепнет левый глаз, когда она узнает о таком горе. Опять обманываете бедных евреев! - взвыл Абрам Исаакович Бэрдмэн.
- Хорошо, я согласен. Только избавьте нас от этого. ммм. поца, - устало ответила я и потерла виски.
Человек в плаще ещё немного посокрушался, что так мало запросил за такую большую работу, но мы пригрозили, что у нас есть последняя колба и мы не преминем ею воспользоваться. Громко завывая о несовершенстве этого мира и об извечном обмане бедных евреев, Абрам Исаакович Бэрдмэн вышел к Амрану.
- Ты мне не нужен! Мне нужна лампа Гули, - донеслось из-за двери, когда мы прильнули к деревянной перегородке.
- Может, отдадим? - поинтересовался Масуд.
Я погрозила ему кулаком, а тем временем снаружи разыгрывалась очередная драма. Абрам Исаакович словно принюхивался к Амрану - так дергался его выступающий нос.
- Ой-вэй, я имею интерес спросить - таки шо ви устраиваете тут гембель, как обманутая девочка из дома тети Софы? Нужна вам лампа? Таки есть шанс на неё заработать. Вдали горит городок, сходите туда и потушите пару пожаров, вам заплатят хороший барыш за помощь. Таки справите отличную люстру у дяди Фимы и не сдалась вам коцаная жестянка Гюльзары, - заговорил Брэдмен.
Амран оглядел черный плащ нового врага, латексную одежду, высокие уши и кудрявые пейсы. Модель разговора подобралась и к этому человеку. Всё-таки Шахрияр не держал в охране глупцов.
- Ви мне делаете мозг немножечко беременным. Не надо оваций и ненужного пыхтения: портное ателье дядя Фимы догорает и от него вот-вот займется ювелирный магазин Иосифа Губельмана. Уважаемый Изя вырвал почти все пейсы - ведь сегодня должны были снять кассу, и он собирался поместить её под очень хороший процент... - Амран не успел договорить
- Таки мне некогда, молодой человек, - заторопился рыцарь без страха и упрека. - Ми с вами будем иметь дальнейший разговор, когда я бескорыстно, почти задаром, помогу своим родственникам.
Амран кивнул и посмотрел, как Брэдмен вытащил из отделения черного пояса небольшой квадратик. Этот квадратик упал на землю и трансформировался в мотоцикл величиной с революционный поезд.
- Ой вей! - прозвучало от скрытого в клубах дыма Абрама Исааковича, и он умчался в сторону горящего города.
- Ты не уменьшила ему жадность, - прозвучал голос Масуда.
Я прикусила губу и с ненавистью взглянула на Масуда. Тот благоразумно отбежал на безопасное расстояние и без слов швырнул комикс с последней картинкой под преобразователь. К сожалению. Нет, к счастью, он не посмотрел, что на картинке отпечатались две капли. Они-то как раз и изменили структуру рисунка.
Масуд покрошил в колбу русский каравай и вскоре крошки растворились в круговороте питательной жидкости. Фигура начала приобретать форму мускулистой. женщины.
Масуд протер глаза, но молочные железы явно выпирали вперед. Он кинулся к преобразователю и увидел, как на картинке расплылись две капли на уровне груди. Умная машина решила, что это женская особь...
Я почувствовала, что мои глаза вылезли из орбит и не хотели забираться обратно. В колбе формировалось женское тело в голубом костюме и красном плаще.
Васильковые глаза открылись и внимательно посмотрели на нас.
Пухлые губы изогнулись в улыбке, и женская фигура легко вылетела из колбы. Вылетела и зависла в десяти сантиметрах от пола. Мы с Масудом оглядели своё новое творение. Симпатичная, женственная, сексуальная и в тоже время мощная и сильная. Черная коса спускалась до пояса. О таких женщинах говорят, что сначала из-за угла показывается грудь, а через три минуты выходит и их обладательница.
- Пошто тревожите, бояре? - с сильным оканьем произнесла женщина. Алый плащ струился по спине, каким-то чудом вся одежда оказалась сухой и выглаженной.
- Э-э-э, - промямлил Масуд.
- Нам нужно избавиться вон от того небоярина, - я показала пальцем на дверь.
- Экий же красный молодец! - прицокнула женщина. - Дозволите ли, я его себе заберу?
Я оглядела женщину и активно покивала. Ух, прямо кровь с молоком.
- Вот и ладушки! - захлопала в ладоши женщина и вылетела наружу, разметав в стороны бронированные створки дверей.
- Ты мне не нужна! - начал было Амран, но женщина не дала ему договорить.
- Конечно же не нужна, ну што ты говоришь такое? Тебе бы рубаху плисовую, штаны атласные, да сапоги из бычьей кожи - вот тогда краше на всем белом свете не сыскать! -проговорила женщина.
Амран попытался придумать - о чем вести беседы с женщинами, с «окающими» женщинами. Ничего не придумывалось. Тогда он избрал роль самца-доминанта.
- Женщина, ты должна уйти с моего пути! Не мешайся, тебе ещё детей рожать!
- Ой, какая же я женщина? Девушка на выданье, да и только. Суперманя меня зовут, но можешь называть просто Мария, - женщина в синем костюме показала сахарные зубки.
- Просто Мария? - переспросил Амран. - Ты мне не нужна, мне нужна лампа Гюльзары.
