А тем временем наши тела истончились, стали прозрачными, как ломтик конины на лепешке бедняка, и поднялись к потолку. Мы переплелись с Артемом телами, как два любовника в страстном сплетении нежнейших чувств. Вот только эфирная сущность уже не позволяла гладить нового господина и доставлять ему высочайшее удовольствие. А заодно и самой получить океан волшебной энергии.
Мы закружились, завертелись, как два рака в морской воронке, и я вытянула руки. Тут же дым наших тел заструился в проем пола. Носик лампы всё также холодно приветствовал меня, в тысячный раз втягивая узницу в зачарованную тюрьму.
Дым вошел в лампу и внутри всё осветилось бездымным китайским огнем, по мановению моего пальца задымились индийские благовония.
Наши тела обрели тяжесть и плотность. Правда, я так и не убрала ладонь с паха моего нового господина и, судя по тому, что его витязь начал проявлять признаки жизни - Артему ибн Петру это нравилось. Легкое покалывание снова пробежалось по моей коже.
Будоражащее кровь чувство заставило меня прижаться к господину ближе. Я чуть приоткрыла губы, чтобы сорвать нечаянный поцелуй.
Увы, мой господин стоял как глупый осел и всё также жмурился.
- Йюххху! - залихватски раздалось из носика лампы, а потом к нам свалился Масуд.
Увы, без этого черного мошенника никуда.
- Вот теперь можешь открывать глаза! - прошептала я и потерлась сосцами о грудь Артема.
Артем медленно открыл глаза, увидел мои подставленные губы и... начал оглядываться по сторонам. Вот они, мужчины современности - вместо того, чтобы повалить джиннку на персидские ковры и заняться любовью на китайских шелках, он начал осматриваться. Любопытный какой.
Не спорю, внутреннее убранство не уступало моей комнате во дворце вероломного Шахрияра, но разве оно может быть интереснее чувственных губ и жаркого тела?
- Ни фига себе, ты тут устроилась, - проговорил Артем.
- Присаживайся, - я показала на подушки для сидения.
Да, я любила томиться в комфорте, поэтому мои подушки были все обтянуты пурпурным бархатом с золотой вышивкой. Артем плюхнулся на них и устремил свой взор на роскошные женские наряды, дорогие кашемировые шали, тонкие шелковые ткани, платья из дорогой парчи, золотые филигранные букеты и диадемы из самоцветов, бриллиантовые серьги, дорогие кольца, жемчужные ожерелья и множество других сокровищ.
Внутри лампа напоминала хамам, только без влажного пара и со множеством цветов. Вышитые полотна драпировки на стенах показывали позы из Камасутры. Кстати, для некоторых поз я с удовольствием позировала скульптору в храме Каджурахо. Артем разглядывал особо жаркие места вышивки, и краснота смущения заливала его лицо.
Это было так мило, что я даже чуть приоткрыла газовую ткань накидки, обнажая перси чуть больше. Надо было видеть, каким рубином засиял лик моего господина. Так мило.
- Круто, прямо как в музее, - присвистнул Артем ибн Петр, чтобы скрыть своё смущение.
- Ага, а если захочешь что-нибудь стырить, то я с тобой повторю вон ту позу, - пискнул Масуд, показывая лапой на полотно в восточной части лампы, где мужчина нависал над женщиной в позе кипариса, а женщина обвивала его точеный стан своими легкими ногами.
Поза трудная, требующая хорошей физической подготовки - я три раза падала, пока художник полностью не закончил эскиз.
- А ты справишься? - усмехнулся Артем. - Ты же всего лишь крыса.
- А вот когда превращусь в человека, тогда и побормочем, - пропищал Масуд. - Ох, я тогда с тобой и не такую позу сделаю .
- Первый раз вижу крысу-гомосексуалиста, - хмыкнул Артем.
Похоже, что мой господин переставал бояться Масуда. Почувствовал это и крыс. Чтобы сохранить остатки былого устрашения, Масуд подскочил к Артему и громко пискнул:
- А ну подними меня, я тебе нос расхреначу!
- А я тебе сейчас пендаля дам, - проговорил Артем дрожащим голосом.
Но всё же проговорил. Похоже, что он полностью оправился и поверил в наше волшебство. И ещё перестал бояться крыса. Причину этой неожиданной смелости я поняла потом, когда уже стало слишком поздно.
- Масуд! Перестань! - окрикнула я своего извечного спутника.
- А чо Масуд? Чо я-то? Я-то чо? Я ни чо! Он вон чо и ему ничо, а мне сразу... - заюлил крыс.
Артем в это время стукнул по подушке так, что от неё оторвался самоцвет и проскакал по ковру:
- Заткнись, грязная крыса! Гуля, я придумал желание!
- Слушаю и повинуюсь, - сказала я, когда выслушала желание Артема.
Странное желание. Необычное...
У него есть возможность разом решить все свои проблемы, а он...
- И чтобы как можно быстрее! Я ждать не люблю! Не люблю я ждать... вообще ни разу, -начав с крика, Артем потихоньку скатился до бормотания.
Его ясные глаза поблекли, как жемчуг в пыльной комнате. Веки поднимались всё медленнее и медленнее, дыхание становилось редким. Он засыпал...
- Чего это с ним? - спросила я у Масуда.
Крыс недоуменно пожал плечиками. Он подскочил к Артему, принюхался и расплылся в довольной улыбке:
- Гуля, да он же от твоих благовоний таким стал. Ты снова гашиш добавляла?
- Самую малость, только чтобы покрепче уснуть, а то бессонница замучала, - проговорила я растерянно.
