Ой, вот только не надо с такой укоризной смотреть в мою сторону - я знаю, что это плохо и безобразно, но если бы вы знали, какая у меня бессонница... Брошу, обязательно брошу. Вот как стану свободной и вообще даже не притронусь к этой гадости.
- Ну и что нам с ним делать? Оставишь его ночевать в лампе?
- Нет, мне тут и одного мужчины хватает, пусть и в крысином обличии. Лучше тащи диск с самыми романтичными песнями, будем нашему господину личную жизнь устраивать.
- Ты думаешь, у этого неудачника получится? - недоверчиво проговорил Масуд.
- Принеси диск, а уж я постараюсь, - поджала я губы.
Черный крыс успел выучить, что когда я поджимаю губы, то со мной лучше не спорить -для пущей сохранности собственного здоровья. Он молнией метнулся в сторону драпировок и зашуршал там коготками.
Через пять секунд на свет появился СD-диск. Самые романтические песни, которые могут растопить сердце ледяного ифрита, были собраны и записаны мной как раз для таких случаев.
А что? Многие люди как раз загадывывают в качестве желания любовь человека, который им давно нравится. Правда, на моей памяти всего два раза повезло с таким желанием людям... Ну, как повезло? Одну пару звали Наполеон и Жозефина, а вторую Марк Антоний и царица Клеопатра. Вряд ли их финал можно назвать счастливым... Но зато они познали настоящую любовь и даже успели насладиться кратким мигом счастья.
Теперь такое загадал и Артем ибн Петр, а мы должны это исполнить!
Я обняла спящего господина, погладила его по щеке, а он совершенно по-детски причмокнул губами. Возникло желание дать ему что-либо в эти самые мягкие губы, чтобы он как теленок прижался к материнскому вымени и...
- Гуля, не забывай, что он должен по своей воле возжелать тебя! - напомнил Масуд.
Я недовольно кивнула и мы с Артемом ибн Петром начали вытягиваться в носик лампы. Да, черный крыс прав - я не могу опоить, очаровать господина, чтобы воспользоваться его заряжающим волшебством. Человек должен по своей воле захотеть поцеловать меня, огладить мои перси, пройтись по округлым, как пустынные барханы, бедрам. Он должен сам, а не при помощи посторонних сил.
Уложив спящего Артема на кровать, я тихонько положила диск на проигрыватель. Начало есть, теперь осталось привести даму сердца в дом к моему господину.
Я посмотрела, как он спит, засунув большой палец в рот. Вроде бы взрослый, но такой беззащитный, как младенец. Я погладила его по волосам, и Артем улыбнулся во сне.
- Давай я ему маркером под носом усики намалюю, как у фюрера? - предложил возникший из ниоткуда Масуд. - Или хрен на лбу? А что - проснется и поржет в ванной...
- А если он не пойдет в ванную? - спросила я.
- Ну, тогда поржут у него в офисе, - пожал плечами крыс.
- Нет, не надо этого делать. Масуд, я так устала проводить дни и ночи в лампе... Я устала летать бесплотным духом... В конце концов, я женщина! Я хочу детей иметь, знаешь, как тяжело полторы тысячи лет видеть счастье на лицах людей и понимать, что только семь желаний отделяют тебя от такого же счастья?
- Да на фига тебе эти спиногрызы? Пищат, кричат, какают, в общем, делают тоже самое, что и я. А когда подрастут, то станут шляться, грубить, посылать на три буквы. Я же лучше ребенка - я тебя давно знаю, могу испортить жизнь так, что ни одному спиногрызу не под силу. Хочешь, заражу тебя андалузской чесоткой и ты покроешься фиолетовыми чирышками? А что? Зато найдешь себе занятие и будешь кайфовать, когда почешешься...
- Как был ты рабом, так рабом и остался, - покачала я головой. - Всё время стараешься угодить.
- Я не раб! Я помощник... - взвизгнул крыс.
- Да ну тебя, - отмахнулась я от Масуда.
Ну, откуда же я могла знать, что наша обычная перепалка перерастет в нечто большее?
Ну, поругались, с кем не бывает за полторы тысячи лет, но сейчас в крыса словно что -то вселилось. Возможно, это накопились прошлые обиды и он решил их сейчас выплеснуть.
Не самое лучшее время он выбрал для выплескивания. Я думала о детях, и недоступное для меня чувство материнства разжигало недовольство в душе.
- Ты снова машешь на меня рукой, Гуля! - вскрикнул Масуд. - А ведь я именно из-за тебя тут торчу. Я мог оттрахать тысячи других баб, а ты...
- А я всего лишь была женой персидского царя. Я не тысячи других баб! Не забывайся, раб! - Масуд надавил на больную точку, сравнив меня с другими.
- Я не раб!!! - гневно пропищал Масуд.
- Ты всегда был рабом! - показала я язык. - И моя маленькая милость даровала тебе вечную жизнь. Не забывайся, раб
Он подскочил ко мне и попытался цапнуть за ногу. Закругленным носком туфли Масуд получил в лоб и отлетел на подоконник. Снова стойка в стиле Брюса Ли, а потом маленький метеор кинулся в атаку.
На этот раз ему удалось поцарапать мне лодыжку. Я взвизгнула от боли и запустила крысом через всю квартиру.
- Джеронимо!!! - проорал Масуд, прежде, чем распластался по стене.
- Будешь знать, как нападать на свою госпожу! - рявкнула я, когда крыс поднялся с пола и сел, мотая башкой. - В следующий раз превращу тебя в верблюжью лепешку и будешь вонять до тех пор, пока не выбросят... Знай своё место, раб!
