Когда ни родителей, ни образования, зато надо прокормить толпу детей, выбор невелик. Не воровать же? Но лорд, купивший мою первую ночь, оказался не только красив и богат, но еще и добр — предложил мне стать служанкой в его доме! Конечно, между нами пропасть и я ни за что не влюблюсь в этого мужчину… Ни за что!Что делать, если не открываютcя главы?
— Пожалуйста! Это в последний раз! — Слезы подкатывали к глазам, а ощущение безысходности только усиливалось. Я заломила руки в молящем жесте и жалобно шмыгнула.
— Неча, вон деваха какая вымахала! — Соседка погнала с порога грязной тряпицей и безжалостно топнула, глядя свысока на мою униженную позу. — Иди работай, возраст уже есть.
— Я работаю, теть Клава! Вы же знаете! — Отчаяние накатывало с головой. Если соседка сейчас откажется помочь, то у меня совсем не останется выбора!
— Нет, я сказала! У самой по лавкам сидят, а ты не безрукая. Восемнадцать исполнилось — можешь работать уже, где прибыльнее!
Горькие дорожки слез покатились по лицу. Сердце кольнуло болью.
— Никуда меня не берут без рекомендации на прибыльные места, а без них только в бордель можно!
Соседка вздохнула и устало посмотрела на меня с жалостью.
— Думаешь, я не понимаю, Бета? Но и ты ж меня пойми — мы народ тоже небогатый. Пока тебе восемнадцать не стукнуло, я ведь старалась и помогала как могла — еда, одежка, по хозяйству там. Но тут уж и мой благоверный в позу встал. Не пойду я против семьи, самой тебе крутиться придется.
Руки безвольно опали, а в груди, казалось, зародилась сосущая пустота. Дела обстояли откровенно плохо, даже скверно…
Нас ведь семеро в семье, я самая старшая. Мамка меня еще от первого брака родила, да отец умер. Второе замужество только через четыре года подоспело. Я помехой не стала, и папку Витора как родного любила, а он меня. Хорошо мы жили, в достатке, мамка и рожала вдоволь, большое семейство хотелось… Но три года назад беда произошла страшная. На охоту папка ушел, да так и не вернулся, мама с горя раньше срока родила, да в родах и погибла. Одна я с оравой малышни осталась — ни родни, ни денег. Поначалу еще ничего было, кормилицу нашла, с младшим Питом сама водилась, но потом, как еды не стало хватать, пришлось и дом на попроще сменить, и учебу бросить, чтобы младших на ноги поднять. Соседи входили в положение поначалу и помогали кто чем, но я знала, что не может все это продолжаться долго. Видимо, пришло и мое время…
Миа в этом году семь будет, в школу отдавать пора, а у меня ни гроша в кармане. У Ири одежка уже поистрепалась прилично, новое все надо. Тине тоже не мешало бы полушубок на зиму прикупить. Ей десять, она уже растет не так быстро, глядишь, того, что отдали добрые люди, на полгода должно хватить, а то и на весь год. Мирт и Лиам — старшие после меня, одному тринадцать, а другому одиннадцать — помогают как могут, но по возрасту работать им еще рано, учатся да побираются по улицам. Мало, но хоть какой прок.
И вот теперь я окончательно осталась одна без помощи. С Питом, может, еще сестренки посидят после школы, а вот что делать с деньгами? Сезон урожая еще не подоспел, да и много ли наешь с грядки морковки на такую ораву, картошки ждать надо, но и она только через месяц будет, а что нам есть сейчас? Дома мышь сдохнет от голода…
Домой я возвращалась, старательно сдерживая слезы, стараясь выглядеть уверенной для своей семьи. Ведь все они, мелкие и не очень, зависели только от меня. Покажешь слабость — паниковать будут все, а мне этого не хотелось. У девочек должно быть обычное детство, какое было у меня, не омраченное заботами о пропитании, мальчишки тоже вырасти должны, выучиться…
— Бета пришла! — Не успела я переступить порог дома, как на меня кинулся маленький ураган из двух младшеньких сестренок-непосед. — Бета, а Тина сегодня в школе платье порвала сильно! — тут же наябедничали они мне на сестру.
Признаться, сердце все же дрогнуло, а слезы после сей «чудесной» новости удалось сдержать едва, но я все же заставила себя улыбнуться, чувствуя, как на шее все сильнее и сильнее затягивается удавка обязательств. Это было последнее «приличное» платье сестренки, больше ей в школу ходить было не в чем.
— Бета, прости! — А вот и сама виновница пожаловала, глядя на меня жалостливо. В отличие от мелких она-то уже яснее понимала, что это нехорошо, но если раньше можно было хоть что-то выпросить у соседей, то теперь… Что делать, я не знала — шить-то умею, жизнь заставила научиться, но ткани нет… Зашивать если только.
— Ничего страшного. — Я старалась выглядеть безмятежной. — Покажи, как порвала.
Подол… огромная дыра на подоле. Тут ничего и не придумаешь даже, только новое платье покупать, а денег у нас нет. Все свои наряды я давно уже Питу перешила или износила так, что стыдно людям показаться будет — себе только два платья оставила, да, похоже, придется попрощаться с одним из них…
Мирт, старший из младших, подошел ко мне с серьезным лицом.
— Все плохо, да? — тихо спросил он. От этих шалопаев было уже ничего не скрыть.
Молча кивнула. Смысл скрывать, если все равно узнает? Наверняка по моему виду все понятно, хоть я и хорохорюсь тут как могу.
— Бет! — подбежала ко мне улыбчивая Ири, дергая за подол платья. — А мне в школе сказали, что надо за новые учебники заплатить! Я все сказать забывала, завтра вечером надо…
