Елена возила тряпкой по полу и улыбалась. Иногда тёрла рукавом и без того красные глаза. Окно и дверь распахнули настежь. Воздух с запахом болезни уходил так же быстро, как бледность с маминых щёк. Братья таскали воду, сёстры мыли — красота. Я от счастья мурлыкала что-то под нос, но тут раздались тяжёлые шаги отца.
— Мери? Пойдем, поговорим.
— Я закончу, — Нико тут же отобрал у меня тряпку. — Иди.
Ступени крыльца заскрипели под ногами. Я заметила, что братья грязь развели возле колодца. Никак не научатся переливать воду правильно. Зачерпнут полное ведро, а потом его одним махом переворачивают.
— Где господин Мюррей? — спросила я.
Во дворе колдуна не было. Неужели так устал, что обо мне забыл и уехал обратно в замок?
— Спит, — ответил отец. — Я отвёл его на конюшню, у нас негде. Ты не знаешь, как рассчитываются с колдунами за помощь? От денег он отказался.
Разговор начался серьёзный, а мне стало смешно. Пришлось кусать губы, отворачиваться от папы. Господин Роланд Мюррей в комнатушке конюха, должно быть то ещё зрелище. Одежду Гензель пока не прислал. Колдун ходил в своих высокородных шмотках с вышивкой и кружевом. Я представляла его среди соломы и видела рядом портреты брезгливо скривившихся родственников. Да уж, такое падение!
Истерика это. Моя. Так бывает, когда настроение поднимается из бездны отчаяния до вершины счастья.
— Он знает, что мы бедно живём, — кое-как выдавила из себя. — Потому и отказался.
Отец тяжело вздохнул. Один из всей семьи не радовался и выглядел ещё мрачнее, чем был, когда мы с Карфаксом приехали.
— Тогда чего он хочет? Зерно в мешках, посуду нашу, одежду? Я не первый день живу на свете, Мери. Знаю, что ничего просто так не делается.
— Отработаю, — поспешила ответить я. — В замке ещё много дел. Мюррей назовёт цену, и я отдам её из жалования. Не волнуйся…
— Вот этого я и боялся, — оборвал отец. — «Мюррей назовёт цену». А если это ты? Я знаю старые легенды. Колдуны когда-то ходили по деревням и спасали людей. У тех отцов, кому было нечем заплатить, они забирали красивых дочерей. В свою спальню, Мери! Ты понимаешь, о чём я?
Я понимала, но обсуждать тему спальни с отцом было неловко. Дома нам запрещались такие разговоры. Братьев ругали за «слова ниже пояса», Елене и мне приказывали заткнуть уши. И вдруг отец в открытую спрашивал, не захотел ли колдун сделать меня любовницей?
Может, когда-то и хотел, а потом мы крупно поругались. «Учи заклинания! Вместе с Анабель». И выгнал. Мужчины не прощают отказов. Свой я даже вслух сказать не успела — уже от ворот поворот получила. Святые предки, ну какая спальня? В замке бы остаться. Обложиться книгами на кухне и пытаться задобрить взъярившегося колдуна. То новые заклинания учить, то новые блюда готовить. Авось что-то и сработает. Успокоит его сердце.
— Не до постели ему, — ответила я. Теребила край передника и сгорала со стыда. — Проблемы с замком. С наследством. Прости, я не должна рассказывать хозяйские тайны. Занят он, в общем. Сильно занят.
— А много времени и не надо, — припечатал отец. — На колени возле кровати поставил, юбки поднял и вперёд.
Мне дурно стало. Не хуже, чем когда о жизни мамы переживала, но тоже едва на ногах удержалась. Хоть и мечтала провалиться сквозь землю. Голова уже в плечи втянулась, кулаки сжались.
— Мери, в глаза мне посмотри! У вас было что-то? Ты уже рассчиталась за помощь? А я-то, дурак, с деньгами полез. Отвечай!
Почему на меня сегодня все орут? Ничего эдакого не делала, ни о чём крамольном не думала, а словестные затрещины получала только так.
Отец всегда был строг. Твердил, что невинность, потерянная до свадьбы — верная дорога в публичный дом. Мама ему не поддакивала, но и не возражала. Молча собирала нам с Еленой приданное. Молилась предками, чтобы мы не влюбились раньше, чем сундуки наполнятся. «Чтобы честь по чести вас замуж отдать». А тут Карфакс благородство решил проявить. Помочь, не попросив денег.
Да, я наивно верила, что счёт задним числом он не выставит. И тело моё колдуну уже без надобности. Ох, хватит об этом!
— Не было ничего, — твердила я, чувствуя, что меня колотит от гнева. — Ничего не было. И не будет. Господин Мюррей — высокородный лорд. А я служанка. Место своё знаю, не беспокойся. Не веришь, что господин ко мне не прикасался — к бабушке отведи. Она грозилась посмотреть невинность, если буду врать. Уж не знаю как.
— Обойдётся бабушка, — буркнул отец. — Мне твоих слов достаточно. Вижу, что вскипятилась. Этого и ждал. Так что с колдуном делать? Неправильно отпускать его, не поблагодарив.
Ох, стукнуть бы его! Очередная проверка, да? Как у Карфакса? Вот нельзя поговорить, не доведя меня до исступления. Ладно. Сменим тему, раз уж на то пошло.
— Капусту ему предложи, — пришла в голову дельная мысль. — Бабушкину квашенную. В замке туго с запасами, капуста кстати придётся.
