— Вы хотите взять на себя всю организацию, — повторила я суть его предложения, стараясь настроиться на деловой лад. — Насколько «небольшой процент» возьмёте себе?
— Двадцать. И я сразу хочу уточнить, что стоимость ингредиентов и арендная плата идут отдельно. В моих интересах экономить наши деньги, чтобы получать прибыль. Иначе вам будет нечем со мной делиться.
— Мне нужно подумать, посоветоваться с лордом Мюрреем, — ответила я после небольшой заминки. — Лицензию оплатил он, ему решать, как мы будем вести дело.
— И вы думаете, он одобрит союз с проходимцем, забавшимся к нему в кабинет через окно? — в глазах Питера заблестели лукавые искорки. — Анабель, я не зря предлагал вам защиту в том числе от него. Вы можете учиться, но полностью зависеть от Альберта Мюррея не обязаны. Если вопрос во взносе за лицензию, то я его компенсирую. Подумайте о своём будущем. Обучение закончится, а собственная аптека будет кормить вас всю жизнь.
Нет, по правде говоря, я думаю, что он намылит мне шею за то, что я вообще вас слушаю. Скажет, что глупо было соглашаться на «свидание», а Мери добавит: «Видишь? Я же говорила, чтобы ты не доверяла ему!»
— Обучение может длиться ещё лет двадцать, — я улыбнулась, по-своему наслаждаясь шоком приказчика. Готова поспорить на свою книгу рецептов, он ни за что не отгадает, сколько мне лет. — За это время я успею десять аптек открыть. А доверие единственного колдуна, способного чему-то меня научить, вернуть уже не смогу. Нет, Питер. Мой учитель разумный человек. Если он сочтёт ваше предложение интересным, я с удовольствием поработаю с вами. А если нет, значит, у него есть другой план, как вести дела.
Конечно, он был разочарован ответом, но вида не подал. Допил вино из кубка и медленно проговорил:
— Я умею отличать вежливый отказ от дипломатичного «я подумаю». Но не спешите сжигать мосты, Анабель. Моё предложение будет оставаться в силе как минимум до суда за наследство. Пока я здесь. Других причин ставить такой срок просто нет. Потом, если ваше «подумаю, посоветуюсь» не превратиться в «да», я уеду. Признаюсь, вы мне симпатичны. Настолько, что я после недвусмысленного обещания «удавлю, щенок, если ещё раз увижу» от Мюррея не теряю надежды наладить с вами отношения. Почему? Пусть ответ не покажется вам слишком идеалистичным, но я хочу отблагодарить за спасение своей жизни чем-то большим, чем брошь с бриллиантами. Подарить вам своё дело. То, от чего ваши глаза сияют ярче звёзд.
— А заодно заработать на чужом таланте? — я не выдержала. С головой выдала обиду и расписалась в неравнодушии. Не могла слушать, как нравлюсь господину Монку, а в голове держать мысль, что он лжёт. Питер ведь смотрел прямо в глаза, улыбался будто бы искренне. Неужели, кто-то будет обманывать о собственных чувствах? — Бессмысленно говорить о симпатии, если на уме одни деньги.
Приказчик поморщился, словно я ударила его наотмашь. Так же хмурил брови, когда терпел невыносимую жару, скорчившись на каменном полу в подвале замка.
— Я заговорил о деньгах, считая, что Мюррей уже настроил вас против меня. Предложи я тоже самое от всего сердца, за одну вашу улыбку, вы согласились бы? Разве не утвердились бы во мнении, что моё поведение слишком подозрительно? О, юные и прекрасные девы обязаны думать об осторожности. Слишком много мужчин, желающих обмануть. Но я — спасённый вами человек. Мои помыслы чисты. Хоть мгновение назад я и зародил в вас сомнения.
Я смотрела на Питера долго. Пыталась понять, насколько он честен со мной. И чем больше думала об этом, тем сильнее стыдилась своих подозрений. Не все ведь лгут? Не все хотят использовать других?
— Простите, — я опустила взгляд. — Я слишком подозрительна. Это было невежливо и глупо. Но мне действительно нужно сначала поговорить с учителем.
Он снова нахмурился и тихо ответил:
— Хорошо. Я буду ждать.
Я представляла, как Карфакс снова напивается у себя в спальне, и от злости всё валилось из рук. Что он хотел доказать? «Ты виновата в том, что мне плохо?» Да, виновата я. Мне не хватало наглости, чтобы назвать себя леди, будучи служанкой. И не хватало безумия слепой влюблённости, чтобы пожертвовать желанием стать колдуньей в угоду положению жены. Будь на моём месте Анабель, а на месте Карфакса господин Монк, разговор после вопроса «ты выйдешь за меня замуж» сложился бы иначе. Святые предки, да они уже бежали бы в ратушу и требовали у городского главы зарегистрировать брак. Или нет? Отказалась бы Бель от уроков магии ради счастья с приказчиком лорда? Или сидела бы на кухне, как я, и плакала: «Не знаю, не знаю».
Шанс проверить появился ближе к ночи. Именно тогда Анабель вернулась из города. Я чудом её заметила на тропинке к замку и спустилась из комнаты во двор, чтобы встретить.
— Не томи, — сказала я, закрыв калитку за её спиной. — У нас есть лицензия?
— Да, — лицо Бель озарила улыбка. — У нас есть лицензия и необычное предложение — ни за что не угадаешь, от кого!
