Я предложила детей с дороги искупать, понимая, что все измотаны, а уже после накормить, дать им немного пообщаться между собой, потом и спать. И, кажется, моё мнение теперь даже не обсуждается.
Нам с Олей быстро принесли два корыта, тёплую воду. Пока госпожа с дочкой отдыхают, мы с няней детей искупали, поиграли, накормили, ещё немного дали им «погулять» по нашим уставшим рукам. И они сладостно уснули в плетёных дорожных колыбелях.
Наталья заглянула в спальню, вызвала меня и сразу перешла к делу, хваткая дамочка оказалась:
— Ева! Вы прирождённая няня. Сколько вам платит ваш хозяин? Чепуха, сколько бы он ни платил, я дам больше. Вы нам нужны. Подумайте хорошенько. У нас в столице приличный дом, мой муж — состоятельный человек, вам понравится.
И тут я сболтнула лишнего, наверное, от усталости:
— Я служанка царского лекаря. Если мои услуги ему больше не понадобятся, то я непременно приеду к вам на работу.
Но Наталья Алексеевна замерла, и так на меня посмотрела, словно у меня на шее висит петля, а никто не решается пнуть табурет.
Пытаюсь уточнить:
— Простите, что-то не так?
Она поморщилась, наклонилась ближе и прошептала, словно открывает мне величайшую тайну мироздания, да, собственно, так и есть:
— Ох, ваш хозяин обречён! Все знают, что у царя ужасная рана на ноге, неизлечимая, там какая-то магия подмешана. Уж мой муж крутится в этих сферах, многое слышит, а это ни для кого не секрет, скоро цесаревич начнёт чеканить монеты со своим профилем. Это не сплетни, а факты, известные последнему кучеру. Сколько нашему государю осталось, одному богу известно, а после его кончины, — тут она ещё тише прошептала и перекрестилась. — Виноватым сделают вашего господина, уж отыграются, не впервой такие случаи с очень знатными-то пациентами. А то и вас приплетут. Может быть, вам сразу с нами? Зачем так рисковать?
Бледнею, что-то совсем нехорошо стало. И теперь вдруг слова, сказанные Волком, заиграли совсем иными красками — трагическими. Он об этом знает, только сказать не смел. А Наталья женщина простоватая, и для неё царственная тайна не более чем обычный светский секрет. А, вообще-то, за такое откровение и по шее можно получить.
— Но он мне уже заплатил. Так что я должна у него отработать, наверное, — виноватым видом пытаюсь объясниться, нам ещё целый день завтра ехать в одной карете. Хотя, может быть, дети завтра устроят нам хоровое выступление, и Наталья Алексеевна передумает переманивать меня к себе, на том и успокоилась.
— Хорошо, это делает вам честь, но учтите, наши двери для вас всегда открыты. Вот карточка моего мужа, а сейчас спать, завтра тяжёлый день!
Воткнула мне в руку небольшую визитку и ушла к дочери спать.
«Адвокатская практика. Веденеев Сергей Ильич» и далее адрес. Это перст судьбы, не иначе. Адвокат мне рано или поздно явно понадобится.
Уже успела подумать в минуты затишья, что надо было у Савелия спросить хоть что-то о себе, хоть бы фамилию. А то знаю только имя и то, что отец где-то каторгу отбывает. Хоть бы знать за что? Нет, с таким послужным списком мне не светит место няни у адвокатских детей.
А про то, что и во дворце для дочери каторжника места нет и не будет, я как-то не подумала. Потому что не хочется думать о грустном, почему-то решила, что нужна лекарю.
Ночь проспали вполне спокойно, всего пару раз вставали к детям.
И весь следующий день ангелочки вели себя прекрасно, да, руки устали, и спина после тряски отваливается, но судя по счастливым лицам моих попутчиц, у нас случилось чудесное путешествие, и они решили, что причиной тому я.
Что и подтвердилось, стоило карете остановиться у довольно богатого дома, как Наталья снова принялась меня уговаривать, а когда я в десятый раз попросила прощение и сослалась на внушительную предоплату, какую я, якобы обязана отработать, то она протянула мне вексель на пять рублей.
— Вот, ты мне теперь тоже немного должна! И как только лекарь перестанет в тебе нуждаться, приезжай!
— Благодарю, вы меня очень выручили, не могу…
Не успеваю сказать, что не могу принять такую большую сумму, как она развернулась и ушла в дом. А я осталась на улице, и понятия не имею, куда идти и что делать. Вечером во дворец ехать не самая лучшая идея.
На всякий случай отошла подальше от дома Веденеевых, чтобы меня силой не затащили и не заставили работать няней. Осмотрелась, и в целом понравилось, улицы не многим отличаются от того провинциального городка, где началось моё непростое приключение. Но дома повыше, улицы почище и пошире, публика самая обычная.
Только хотела крикнуть извозчика, как слышу пронзительный крик из окна:
— Ева! Умоляю, вернись! — Наталья так крикнула, что не в силах сопротивляться я зашагала обратно к дому адвоката. Двери распахнулись под оглушительные крики близнецов. Плохи дела, что-то с ними не то. Ладно бы взрослые, но это дети. Первая мысль: послать за Волком во дворец. Вторая мысль, попытаться выяснить в чём дело, уж через мои руки прошли пять детей, свои и внуки.