– Так готовите технику и летчиков, вот и все проблемы. У вас, что своих специалистов по двигателям нет? Гоняете спецов «Яковлева», через всю страну. Плохому танцору знаете, что мешает?
– Так точно товарищ командир – знаю – яйца!
На мостике все засмеялись, командир улыбнулся тоже:
– Вот, вот – именно это вам и вашим летунам мешает нормально летать. Все закончить болтовню! Вахтенный офицер поворачиваем в бухту Руднева. На сегодня хватит, пожалуй. Солнце заходит, офицеры и мичмана уже брюки и рубашки нагладили для схода, дома небось жены заждались? Командир БЧ-4 передайте оперативному дежурному на «Каркас», что полеты закончили – идем в точку якорной стоянки.
Марчук однако, продолжил:
– Вот сейчас идет разработка нового самолета ЯК-41 – он на порядок будет качественнее этого. Пойдет на следующий авианосец «Смоленск».
Командир ничего сказал, и только громко вздохнул. Что там новые самолеты? Вот домой бы сойти – он аж зачесался, вспоминая о своей Настене – Небось, ждет его «дюймовочка»? Эх, и что за судьба? Он-то домой попадет нескоро – это точно.
Его перевели на авианосец «Брест» командиром с должности старпома с такого же гвардейского авианосца «Азов», с Северного флота. Он очень не хотел идти служить на Тихоокеанский флот – все выслуги насмарку, да и коэффициент по оплате, как в центральной полосе. Настёна категорически была против, сына со школы срывать. А там Гиоева «отпустили» срочно в Питер, на Кронштадтскую дивизию, а на «Брест», как выяснилось, и ставить некого. Но тогда вызвали его на беседу в военный отдел Политбюро Центрального комитета КПСС, и пришлось со скрипом согласиться. Не отказывают в таких случаях! Не принято. Очень уж сложная была ситуация на «Бресте». Командир ушел, старпом недавно назначен из командиров БПК, и пока не допущен к управлению кораблем, да и запил стервец. То ли снимать и своего штурмана назначать – свои всегда лучше, чем варяги. Вот уже четыре месяца он не был дома – некого оставить за себя. Командиров на эскадре много, а вот авианосцем командовать некому. Допущенный к управлению кораблем начальник штаба бригады Карнаух не стремился подменить хотя бы на одну ночь командира. Авианосцы в море выводить не каждому дано. Уговорили можно сказать, а подмену вот обеспечить некому. Ну да ладно сами все решим с Божьей помощью и крепким русским словом. Сколько раз решали, харкая кровью.
Вечером после постановки на бридель сходящая смена офицеров и мичманов сошла на берег на ПСК (пассажирском катере).
Командир после вечерней поверки попив вечерний чай сидел в каюте и читал книжку.
Внезапно раздался стук в дверь и вошел тот же вчерашний круглолицый лейтенант в той же голубой куртке.
– Разрешите товарищ командир – лейтенант Литовченко! Товарищ командир вы на меня не обижайтесь, пожалуйста, но мне очень надо срочно перевестись в Москву! Ну, буквально за эту неделю. Войдите в мое положение! Я вам все как на духу расскажу!
Командир, аж подскочил от неожиданного вторжения:
– Литовченко, ты что не понимаешь русского языка? Может тебе, на каком другом сказать? Ты мне дашь жить нормально? У меня отдых по распорядку дня! Сегодня был трудный день, выход в море, полеты! Во-первых, даже если бы пришло приказание тебя сегодня перевести в Москву, мне надо было писать представление к назначению на новую должность. Постольку поскольку назначает Москва – пройдет минимум два месяца, пока будут ходить документы – штаб Тихоокеанского флота, штаб Военно-морского флота, Генеральный штаб – они в Москву назначают и так далее. Затем пока дела сдашь – так и на три месяца перетянет. Но это если все будет хорошо, а вообще у меня нет никаких резонов писать на тебя представление в Москву. Послужи здесь, завоюй авторитет, в конце концов и заслужишь, может перевод в Москву – лет через пять. А так говорю тебе честно и открыто – пока нет оснований! Поэтому кругом и шагом марш заниматься своими подчиненными.
Лейтенант вздохнул, хотел чего-то сказать, затем махнул рукой, видимо передумав, и вышел из каюты командира.
– Во, пошли лейтенанты. Если бы мы так служили, то флота не было бы у СССР. И выслушивали бы сейчас указания из НАТО как нам жить и что можно делать и что нельзя. Нет в интересное время мы живем и мы еще потягаемся с америкосами и прочими их сателлитами, если конечно не помешают такие Литовченки – думал командир и смотрел в иллюминатор. В каюту раздался стук и вошел с улыбкой замполит Олег Николаевич.
– Здравия желаю товарищ командир. Только что прибыл с берега и сразу к вам на «палку» чая. Замполит засмеялся собственной остроте.
– Олег Николаевич, а почему ты не сказал мне, что на берег сходишь вчера? – поморщился от веселого вида замполита командир.
– Ну вот времени не было, буксир уходил, а мне по радио передали что бы срочно прибыл в политотдел. Я и побежал. А что тут разве что произошло? Да парторг разве не справился за меня?
