– Ну, что все руководители боевой части связи в сборе. Обращаю ваше особое внимание на связь со «Страшным» и внимательное прочтение и выверку всей информации, касающееся целеуказаний по группе «южных» и «Азову» персонально.
Командиры дивизионов пошли на свои командные пункты. В КПС-е остались замполит БЧ-4 старший лейтенант Дьяконов Михаил Петрович, старший инженер БЧ-4 старший лейтенант Морковин Сергей Витальевич и дежурная служба.
– Мансур Умарханович, я не понимаю зачем «Страшный» послали на слежение. Ведь его уничтожат раньше, чем он приблизится к группировке «южных». Ведь в реале у америкосов береговая авиация и наше место им станет гораздо раньше, даже в такую погоду, чем «Страшный» отойдет от соединения – вопрошающе спросил замполит.
Как бы в подтверждение его слов раздался резко нарастающий шум пролетающего над кораблем самолета.
Разведывательный «Орион» – наверно четыре часа – по ним можно асы проверять. Для них погода и непогода все равно летают. Так что наше место, для америкосов – фиговый листок. Все видят и знают. А мы? – подумал Мансур.
С сигнального мостика прошел доклад вахтенного сигнальщика Васо Барамидзе:
– «Орион» № 12356 с американскими опознавательными знаками с запада прошел над кораблями, и развернувшись удалился на запад.
Мансур разозлился. Мысли замполита и Кузьмы были созвучны его мыслям.
– Понятно, что войны без потерь не бывает, но так откровенно и бездарно терять целый боевой корабль – ему было непонятно. Ведь воевать-то придется без упрощений и снисхождений. И это в эпоху космической разведки, бурного развития радиоэлектроники. Может с Мишей Волковым связаться одноклассником и командиром БЧ-4 «Азова», и обменяться информацией о своих местах, да и прекратить эту дурацкую вакханалию, затеянную в штабах? Нет уж, пусть воюют без обмана рабоче-крестьянской власти, а с Мишкой все равно надо будет встретиться после встречного боя и посидеть. С выпуска не встречались. Ну а мы на разборе посмотрим, что у них там получиться, и насколько командир эскадры и его штаб компетентны в своих вопросах.
– Михаил Петрович ну что ты мне сердце терзаешь? Я тоже сомневаюсь в правильности деятельности нашего руководства, но они выше нас с тобой сидят и им виднее, что и как делать.
– Да нет просто на «Страшном» мой друг Володя Суходольцев замполитом БЧ-5 – у него трое детей, старенькие родители. А если это в реале, страшно подумать, что будет. Их же умирать отправили.
Мансур теперь окончательно разозлился, чего за ним не замечалось ранее:
– На войне без потерь не бывает Михаил Петрович, иди ка ты в экспедицию и проконтролируй там работу наших доблестных экспедиторов, которые уже слегли при первой волне. Сейчас, пойдут реальные целеуказания, для ракетной стрельбы. А их старшина команды мичман Орленко, не отпускает обрез, так с ним и несет вахту. А от них много сегодня зависит, как пройдут эти стрельбы.
– Хорошо Мансур Умарханович, мне все понятно – покладисто согласился замполит и направился в экспедицию.
Сидевший напротив старший инженер оживился и сразу стал решать свои вопросы:
– Мансур Умарханович у нас плохо с генераторными лампами ГУ-84-б. Если до Дальнего Востока может не хватить. Может в Анголу, закажем штук 50. Исчезают, не знаю сам куда.
– Заказывай сколько надо на Москву, я подпишу, если действительно надо. Хотя только вышли и уже не хватает. Ты уверен? Мы же работаем с половинной нагрузкой, передатчики не перегружаем вроде.
– А матросы делают себе серебряные цепочки из контактов ламп. Я сегодня у своих отобрал сразу 10 штук. Красивые такие плетенные и обжатые хорошо – классно смотрятся – вмешался в разговор начальства дежурный по связи Саша Герасимов, колдовавший за пультом комплекса связи.
– Вот тебе Сергей Витальевич и ответ, куда деваются лампы. Курочат их наши матросы на серебряные цепочки. Разбирайся и наказывай виновных, а то так и до Гибралтара не дойдем – генераторных ламп не хватит. Если узнаю, кто лампы на «боевой службе» курочит – будем привлекать к уголовной ответственности – разозлился не на шутку командир БЧ-4 – надо бы проинформировать особиста о таком развороте дел. Хуже будет если он сам узнает и нам кое что прищемит в своих тисках за такие дела.
Старший инженер смешался, и спросив разрешение, побежал разбираться со своими радиомастерами и хранителями кладовых БЧ-4.
В ходовую рубку поднялся бледный от качки мичман Орленко:
– Товарищ адмирал получены первые целеуказания от СКР «Страшного». Разрешите доложить?
– Докладывай – сгреб бумаги, бывшие на его столе контр-адмирал Смелков – А лучше, давай ка сюда эту телеграмму. Почитаем, что там докладывает этот Мерцанский. Где у нас сейчас этот «Азов»?
Он, выхватив из рук экспедитора телеграмму, побежал к штурманскому столу размещавшемуся за занавесками во втором помещении ходовой рубки. Положил на карту, полученную телеграмму и стал с транспортиром и параллельной линейкой наносить, полученные координаты. Вокруг столпились офицеры штаба, и подошел командир корабля.
