— Много крови потеряно, — сказала она. — Настойка может повредить, можно уснуть и не проснуться. Келе, держи свою хозяйку, будем стрелу доставать и чистить рану.
Элина страшно боялась опозориться и заорать от боли. Она крепко зажмурилась и бормотала самые грязные ругательства, которые могла вспомнить. Под конец она не выдержала и ухитрилась пнуть и Келе, и гномку. Гномка, осторожно орудовавшая маленьким ножиком, от неожиданности глубоко резанула Элину.
— Келеах! Я же велела держать её крепко!
К ним присоединился Эдилер, и дело пошло гораздо быстрее. Наконец рана была зашита, а сверху наложили повязку. Элина была бледнее того полотна, которым её перевязали, и Эдилер дал ей подогретого вина.
От вина Элина несколько оживилась и порозовела.
— Дара Лорилла, на улицах болтают, будто тебя ограбили.
Лорилла огорчённо вздохнула. Эдилер вновь вскипел и пересказал Элине всё, что приключилось с его женой, когда она несла снадобья к вольным гномам.
— Это были дроу? — нерешительно спросил у гномки Келеах, тоже навостривший уши. — Ну, те, кто отнял у тебя сумку?
— Нет, с чего ты взял! Это были люди!
— Просто подумал, — смутился дроу. — Все про нас говорят, будто мы такие смутьяны и дикари…
— Келе, люди — самые злобные дикари и самые опасные смутьяны, — со вздохом произнесла Элина, допив вино до капли.
— А кто стрелял в тебя? — полюбопытствовал Эдилер. — И почему?
— Поймали человека какого-то, отдали Городской Страже… Видите? Опять человек! Не гном, не дроу…
Как бы ни было Элине дурно, следовало вернуться в караван-сарай. Судя по всему, затея Лоркана прошла успешно, надо его выслушать и к вечеру вернуть Лорилле то имущество, которое уцелело. Да и глянуть на бандита, пойманного Дэвлином, было бы неплохо. Что-то было в нём такое, что беспокоило Элину.
Руфус и Лонваль вышли из таверны, довольные друг другом и жизнью. Лонваль думал о том, как благоприятно сказались на Руфусе изменения, произошедшие в его жизни.
А на улицах только и разговоров было, что об утренних происшествиях. Руфус, округлив глаза, подслушивал разговор двух кумушек, которые судачили о том, что почтенную гномку ограбили и убили. Лонваль изловил какого-то паренька, с виду ремесленника, и, дав мелкую монетку, хорошенько расспросил его. Паренёк поведал ему красочную, но близкую к правде версию событий.
— Я же был вчера у этих гномов, — потрясённо сказал Руфус. — У нас этот… медосмотр был. И что грабителям понадобилось от лекарки? Вот жила она себе спокойно, и тут — бац!
Лонваля гораздо больше встревожила стрельба. Судя по рассказам, подстрелили начальницу Руфуса, ту самую Элину, с которой сам Лонваль накануне вёл беседу. Все события вращались вокруг этой женщины, и теперь следовало отправить ещё одно срочное письмо отцу.
— Руфус, надо скорее бежать в твой караван-сарай, там, наверное, мы всё узнаем в точности!
Молодые люди поспели к караван-сараю как раз к тому моменту, когда туда вернулась Элина, еле передвигающая ноги и практически висящая на руке Келеаха. Вокруг неё уже суетились гномы, предлагая вина, воды, чистого полотна на перевязку…
— Спасибо, ничего не нужно, я побуду у себя…
Элина рухнула в постель, а Келе суетился вокруг, пытаясь снять с неё ботинки.
— Келе, найди лучше Лоркана, он мне нужен…
— Лучше давай я его приведу, — сказал Руфус. Они с Лонвалем бестолково топтались за спиной Келеаха.
Келе с благодарностью принял такую помощь.
Лонваль потащился за приятелем.
— Зачем ей этот Лоркан прямо сейчас? — спросил он. — Ей бы отдохнуть, а не со всякими Лорканами беседы вести.
— Откуда мне знать? — огрызнулся Руфус. — Вот когда тебе отец отдаёт распоряжения, разве ты спрашиваешь у него, зачем да почему?
— Конечно!
— Хм, ладно, пример неудачный. А если бы тебе король приказал?
— Это совсем другое! У короля не спрашиваешь "зачем", а спрашиваешь "как скоро"? Но она всё-таки не король, — пробормотал Лонваль, торопясь вслед другу.
Рэйшен, пометавшись по городу, ухитрился разминуться с Элиной и Келе. В расстроенных чувствах он вернулся в караван-сарай. Гномы удирали с его дороги, зная, что дроу в таком состоянии опасен для окружающих, поэтому лучше его не окружать. Рэйшен хотел бы повидать Дэвлина, но тот словно испарился. Рэйшен совершенно вышел из себя: сегодня всё не так, всё неправильно! И тут в коридорах он наткнулся на Руфуса с каким-то столичным хлыщом. Эти два шалопута (Лонваль совершенно не заслуживал такого эпитета) топали друг за другом, напустив на себя важный вид.
— Куда прёте? — зарычал Рэйшен на Руфуса. Лонваль попросту спрятался за спиной приятеля. — Где дара Элина? Отвечайте быстро!
— Р-рэйшен, т-ты чего? — обиженно залепетал Руфус.
Однако Лонваль сообразил, что это словоблудие только взбесит вспыльчивого дроу.
— Дара Элина сейчас у себя, отдыхает, — чётко доложил Лонваль, как учил его отец. — Мы посланы за неким Лорканом, она его вызывала.
— Я с вами, — мрачно сообщил молодым людям Рэйшен, — заодно посмотрю, как и что.
