— Ты больной? Это — Стультиэль! Она — ангел! Я просто забрал у неё образ божественного, в котором у неё есть силы, и оставил лишь образ человеческий. Если хоть пальцем к ней притронешься, я тебя в Центр Ада отправлю, НАВЕЧНО! — явно рассерженно и злобно крикнул Мефистофель. — Твоя задача: сделать бумаги о депортации в Рай. Всё официально, по бланку, что у бесов спросишь. Потом сходишь, возьмешь у неё подпись и ВСЁ! Хоть одно лишнее телодвижение, и гореть тебе, падла, вечно! Понял?! — нагнувшись к лицу «судьи», плюясь ему в глаза, рявкнул Сатана.
— Да, конечно… всё будет в лучшем виде, — вытирая слюни, что жглись как кислота, тихо ответил Гари.
— Так чего сидишь, кусок дебила! Руки в ноги и вали! — подняв «судью» в воздух одной рукой и дав ему ободряющего пинка, выкинул Дьявол Гари из кабинета.
Вскоре он был на своём рабочем месте. Он привычно стучал печатью в дела грешников, думая о том, что произошло. Гари понимает, что любые попытки сблизиться с тем, кто ему так внешне приглянулся, могут окончиться очень мучительно. Но, как говорят на Земле, сердцу не прикажешь, и сколько бы он не пытался отвлечься от мыслей о прекрасном лике и невероятном стане девы, они всё равно преследовали его.
Очередь, как оказалось, была не очень большой, и через несколько часов грешники вновь кончались, дав свободное время труженикам. Бесы достали склянки с разноцветными напитками и пахучие свёртки с едой, один вид которых вызывал позывы рвоты у Гари. Но он не принялся, как всегда, болтать с ними, пробуя новые «изыски» адской кухни, а сидел, пожевывая железную ручку, пытаясь сочинять стихи.
— Чего ты делаешь? Может, лучше пошли с нами поедим. Сегодня Гавлан приготовил отборные пироги с глазами мучеников. М-м-м, просто блаженство, — крутясь около спины, говорил Евлан, пожёвывая сырой кусок мяса.
— Мне не до вас! Я занят! — отмахиваясь от чёрта, как будто он муха, нервозно отвечал Гари.
— Чего ты пишешь? Дай посмотреть! — сказал Евлан и схватил помятый кусок бумаги. На нём написаны отрывки стихов, что тяжело прочитать из-за кривого почерка писателя. — Ребят, смотрите, что тут Гари пишет!
— Отдай! Гад летучий, отдай! — кинув ручкой в беса и побежав за ним, сказал «судья».
— Слушайте! — пытаясь оторваться от Гари, а после, взлетев к потолку, где его не могли достать руки «судьи», он пафосно начал читать.
Так слабы человеческие души.
Но как сильна тяга их к божественному.
О Боже, отец её, навечно нас свяжи,
И жизнь приведи к концу тождественному.
После Евлан спустился на пол и положил бумагу на стол. А остальные бесы прекратили бесконечное поедание пищи. Они посмотрели на Гари, который печально вздыхал. Он безжизненно упал на кресло и стал рвать волосы на голове.
— Только не говори, что ты влюбился в ангела. Ты вообще понимаешь, кто она и кто ты? — с укоризной в голосе говорил Маалан, вытирая грязные щёки.
— Да, мне уже все это сказали! Да и не любовь это! Не может появиться любовь от одного взгляда и прикосновения! — громко отвечал Гари, размахивая руками.
— Может, братан, может. Вы люди такие слабые в духовных делах. Без обид, но многие персоны Земли так подвержены блуду, что они готовы наброситься на первое, что им понравилось, — говорил Маалан, похлопывая по плечу «судью».
— Это точно. Человеку просто нужен тот, кто сможет ему принести то самое «карманное счастье», если ты понимаешь, о чём мы, — быстро поднимая и опуская брови, продолжил мысль Гавлан. — Так что лучшее решение - это суккубы! Мы сегодня как раз собирались их навестить. Лилит провела среди них ревизию, поэтому остались только лучшие. Мы тебе подберём хорошего хамелеона. Станет она тебе и ангелом, и демоном, хоть Мефистофелем, если захочешь, конечно. Ну что? –облизывая губы, задорно спросил бес.
— Да вы не понимаете! Я знаю, что такое физическое влечение, и как оно проявляется. Успел на Земле прочувствовать. Но тут нечто другое, иное. Я сам не могу осознать, что это собственно за чувство… — Гари вновь закрыл лицо ладонями и, оперевшись локтями на стол, стал что-то шептать себе под нос.
— Хорошо. Мы тебя, наверное, оставим. Ребят, пошли к девочкам, мне кажется, что они сейчас не заняты, — собрав вокруг себя бесов, сказал Маалан, и они полетели в Чертоги суккубов, надеясь усладить свои дикие желания.
Гари же остался совершенно один. В пустой, тёмной комнате, наедине лишь со своими мыслями. Он долго метался, размышляя о том, как дальше быть. В его голове проскальзывали и желания напиться «Эссенции демона», что лежала в ящичке, и одновременно встать да пойти к Стультиэли. Высказать ей всё. Все сомнения и чувства, которые так терзали душу. И, как всегда бывает с людьми, Гари не выдержал. Он схватил бутылку эссенции, сделал пару небольших глотков, а потом дыхнул чистым огнём. Гари понял: либо сейчас, либо никогда.