Постепенно Брагин втянулся в чтение. И даже написал пару дельных замечаний, за которые сразу же получил несколько плюсиков. Но зато потом, расслабившись, чуть не прокололся. Какой-то местный авторитет затеял с Брагиным спор, написав: «Что вы слушаете какого-то сопляка-недоучку?!». Рука сама потянулась к клавиатуре: «Кого ты сопляком назвал?! Двадцать пять лет в органах и звание подполковника…», но он вовремя спохватился. А затем он получил первое личное сообщение, приглашавшее его в закрытый чат. Самым интересным было то, что сообщение пришло от человека с ником Smile.
Если бы не помощь Цеце, то Брагин так бы и не сумел войти в этот чертов чат. Но как только он там оказался, сразу посыпались вопросы.
И минутой позже:
Вечером Брагин, запасшись бутылкой армянского, направился в берлогу Фишмана. Дверь открыл старший санитар в несвежем халате — шеф-повар на местном сленге.
— Михаил Натанович занят с клиентом, — бросил он, впуская подполковника.
Из секционного зала донесся зычный голос судмедэксперта:
— Сергеич, давай сразу ко мне, я тут сейчас расколбас закончу и подойду, дальше уже шеф зашторит.
Брагин вздрогнул. Двадцать пять лет он слышит этот сленг, а все никак не привыкнет. Что значит — зашторит? Что общего у тела на секционном столе и окна с занавесками?
Подполковник толкнул дверь кабинета и уселся на видавший виды стул. Расчистив от бумаг место на столе, пристроил бутылку. Ополоснул два граненых стакана — стопок у Фишмана никогда не водилось. Вскоре появился и сам хозяин кабинета. Оценивающе глянул на бутылку коньяка и, шумно завозившись, достал из холодильника два яблока.
— Так себе закуска, но лучше чем ничего. Наливай.
Они выпили.
— Ух, пробрало! — выдохнул Фишман, устраиваясь поудобнее в кресле. — Ты по поводу красотки в кринолинах?
— Отнюдь. Точнее, отнюдь нет. Хотя если есть что новое, с удовольствием послушаю, но сегодня меня привлекают дамы постарше, — в тон ему ответил Брагин. — Бальзаковского возраста, любит шарфики и покатушки на речных трамвайчиках.
— Наш пострел везде поспел, — усмехнулся судмедэксперт. — Значит, так. Если ты думаешь связать эти два дела, должен огорчить — вряд ли получится. Вот, смотри. Почерк разный.
Фишман пощелкал мышкой и повернул монитор к Брагину. Экран крупным планом показывал лицо погибшей, вокруг шеи, врезавшись в мягкие ткани, был затянут шарф.
— Разве можно так затянуть обычный женский шарф?
Судмедэксперт хмыкнул и опять пощелкал мышкой.
— Я тут тоже много нового узнал. Целые сайты шарфикам-платочкам посвящены. Бабы там такого навыдумывали, что морские узлы по сравнению с их шарфиками выглядят банальным пионерским галстуком.
Теперь экран запестрел фотографиями девушек. Фишман ткнул мышкой в одну из них.
— Вот этот узел, к примеру. Если посильнее дернуть шарфик за свисающий конец, то можно задушить человека.
— А что за шарфик такой, что выдержал вес человека и не порвался? Какой-то особый?
— Обычная синтетика, такие сейчас на каждом углу продают, — сказал Фишман и вдруг хихикнул: — Мне уже доложили, как «молодой и эффективный» на таком вот шарфике сегодня чуть не повесился, перепугав весь отдел. Тоже узлы проверял и думал, что ткань не выдержит вес взрослого человека.
— Неужели несчастный случай?
— Ни в коем разе, — помотал головой судмедэксперт. — Просто тот, кто все это устроил, не предполагал, что кораблик будут снимать. Смотри.
Фишман запустил видео французов, которое уже столько было просмотрено.
— Неужели не видишь?
Судмедэксперт хитро прищурился, глядя на друга.
— А так?
Он остановил видео и увеличил картинку.
— Ё-ё-ё… — выдохнул Брагин. — Ну ты молоток!
