- Простите за грубость, но вокруг вашей личности ходит немало слухов. И хотя я знал, на примере своей матери, что облик диастрийцев далёк от ужасного, слухи всегда оказывают некоторое влияние на людей. В том числе и на меня.
Двин напрягся, и горбун встревоженно посмотрел на него, чувствуя, что сказал какую-то глупость. Диастрийка бросила на него взгляд, полный насмешки и лёгкой обиды, а потом посмотрела на потолок.
- А сынок Берруна, похоже, плохо разбирается, где говорят серьёзно, а где шутят. Ладно, я постараюсь не допускать в свою речь двусмысленности.
Двин усмехнулся, водя взглядом по стенам и потолку.
- Теперь представьте, каково было мне с ним все эти недели плавания.
- Тан Скригид, я не удивлюсь, если дорогой Триксель о вас того же мнения, - усмехнулась диастрийка. - Кроме того, зная вас, меня жутко утомляет это смущённое выражение лица, словно вы никогда не видели женщины. Ну же, подбородок выше, взгляд нахальнее и умнее. Сглотните комок в горле. Вот, теперь вы больше похожи на мужчину. Или вы тогда произвели на меня хорошее впечатление только из-за того, что прятались в тени ярла Маэльдуна?
По её тону горбун понял - она тоже знает.
Двин нервно хмыкнул и воззрился на диастрийку так, словно впервые что-то в ней рассмотрел.
Зифрен широко улыбнулась и похлопала ладонью по стоявшему рядом чурбану.
- Не стойте же, у меня тут есть удобные пеньки.
Тихо закряхтев, Триксель сел и с удивлением подумал, что пеньки, покрытые мягким сухим мхом, были действительно удобными. Устроившись напротив Зифрен, горбун, наконец, встретился с ней взглядом. Поняв, что женщине действительно было интересно, с чем он явился, он решил сразу изложить суть своего дела.
- Лугаль, я приехал просить у вас помощи. Мой отец уже полгода как слёг с болезнью. Когда я его видел в последний раз, он не мог ходить. Моих знаний не хватило, чтобы помочь ему, равно как и знаний других лекарей и алхимиков. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как просить помощи у вас. Чтобы удостоится ваших прекрасных ушей и глаз, я даже заручился поддержкой ярла Маэльдуна. И вот я здесь, перед вами. И я молю всех богов, чтобы вы согласились помочь.
Во время своей речи Триксель заставил мышцы на своём лице потрудиться, чтобы придать ему вид сокрушённого и потерявшего всякую надежду человека, словно она, могущественная Зифрен, была тонкой соломинкой, способной вытащить его из трясины. Он призвал всё своё красноречие, говоря о союзе с мореходами как о невероятной жертве. Конечно, будь рядом Фрирнед или кто-то вроде него, Триксель был бы более осторожным в выражениях, но рядом сидел Двин, который кто угодно, только не дурак, и главное - обязан выполнять свою часть договора. Можно было надеяться, что ни одно слово не покинет стен этого храма.
Зифрен посмотрела на стол и указательным пальцем вырисовала на его шершавой поверхности какую-то фигуру. Затем сказала.
- Интригующе. Твой отец отличался, как бы так сказать... бычьим здоровьем. Не верится, что он мог вот так слечь в постель. Опиши мне симптомы.
- Жар, цвет кожи серый, синяки под глазами, общая слабость, порой помутнение сознания. Иногда он становится похожим на ребёнка. Его разум словно перестаёт понимать, где он и кто он. Порой он не узнаёт меня.
Сказав это, Триксель почувствовал, как щиплет в уголках его глаз.
"Только не здесь, демоны тебя забери!".
Зифрен погрузилась в раздумья. Горбун затаив дыхание наблюдал за тем, как её брови то удивлённо поднимаются, то опускаются и сдвигаются, словно выражая напряжение мысли. Наконец, женщина посмотрела на него.
- Перед тем, как принять решение, я хочу узнать кое-что личное.
Триксель подобрался, почувствовав опасность как нельзя близко и отрывисто кивнул.
- Почему ты решил переступить через себя и приплыть сюда? - в голосе Зифрен забурлил яд. - Ты ведь знаешь о том, что я прокляла твоего отца и эту... неверную.
Триксель лихорадочно соображал, что ответить, но ни одна ложь, пришедшая на ум, не выглядела правдоподобной.
- Потому что отец для меня - всё, - зло выпалил он. - И я не стану бояться родины своей матери, если отыщу здесь лекарство.
Зифрен кивнула, словно сказанное подтвердило её догадки. В глазах её, как показалось Трикселю, промелькнула вспышка гнева. Она посмотрела в сторону коридора, о чём-то размышляя. Горбун затаил дыхание, рассматривая её курносый профиль, залитый лунным светом. Наконец, женщина повернулась к ним и одарила лукавой улыбкой.
- Ну что же, тогда начнём торг?
- Торг? - Триксель притворился удивлённым. По словам Двина, диастриец заткнёт за пояс любого человеческого торговца.
- Да-да, - Зифрен хитро прищурилась. - Вещь за вещь. Услуга за услугу. Так мы живём. Не притворяйся, что не знал об этом. Наш тан не настолько туп, чтобы не рассказать тебе об этом.
Триксель приготовился к долгому спору, покрасневший Двин прочистил горло, чтобы поддержать его, как было условлено.
Зифрен вздохнула и сцепила перед собой ладони.
- От тебя мне нужна только одна услуга. Когда мне потребуется, ты признаешь правоту моих слов. Идёт?
