– Даже не знаю как тебе сказать, много лет прожил в Хабаровске, потом в Афгане повоевал и жил там почти всю войну, оставался продолжать служить, вообщем везде понемногу.
– Вот ты удивил, да ты афганец ещё к тому же, у меня дядя тоже в Афгане воевал…
Приехав, они зашли и он показал ему свою квартиру, комнату, где Никифор будет жить. Квартира была трёхкомнатной, в одной из комнат жила бабушка Вовы, добрая и отзывчивая Марья Васильевна, он тут же нас познакомил. Я сразу отдал ему 800, потом, подумав, решил дать уже сразу 200 рублей, что бы у него не было сомнений, но он всё равно забрал мои документы. Не знаю почему я решил к нему обратиться, ведь при этом я сильно рисковал. Так, как жил Вова, ведь с ним могло случиться всё, что угодно. Вован поселил меня в своей комнате, потом он оставил свой номер телефона, на всякий случай, и уехал. В его комнате висело много медалей, грамот, возле шкафа стояли два кубка, оказывается он был в прошлом чемпионам по боксу. Именно большинство советских боксёров, борцов и каратистов после распада СССР ушли в мафию. В новой стране, в которой всё стало можно, сильные и уверенные, в первую очередь, занимались такими делами, как рэкет.
Недавно по телевизору, по первому каналу, Никифор увидел российских офицеров, которые находились в плену у чеченских сепаратистов в Грозном. 11 декабря эти офицеры ездили в Хасавьюрт на переговоры с боевиками, после неудавшейся попытки переговоров, обратно боевики их не отпустили и взяли в плен. Иванов с грустью смотрел на всё это и поражался подлости людей.
15 декабря Вован сам приехал, даже звонить не пришлось и, отвёз меня в военкомат. Хоть и бандит, но оказался человеком слова.
«Если что по делу, то звони, номер надеюсь, остался у тебя» – сказал Вова и уехал.
Полковник Ледников в военкомате предложил мне поехать в командировку в Чечню по контракту, стать командующим колонны продовольствия. Именно то, что я чувствовал – случилось, я тут же дал согласие. На сборы у меня было 2 дня.
Именно что 11 декабря 1994 года началась первая чеченская компания и операция по зачистке банд формирований и только потом уже стали называть войной, когда всё ужесточилось и затянулось. 19 Декабря из Моздока мы двинулись на чеченскую республику Ичкерия в город Грозный, там уже кое где шли боевые действия, были первые жертвы. Колонна Никифора доехала до одного села, разгрузила там продовольствие и, Никифор тут же дал приказ – держать оружие наготове, среди мирного населения могут быть и те, кто поддерживает режим Дудаева.
Джахар Дудаев – президент Чечни и мятежный генерал, который боролся за независимость Чеченской республики Ичкерия, в прошлом офицер советской армии, лётчик, также воевал в Афганистане.
Я поражался глупому и бездарному командованию, которое у нас тогда было, приказ был – ни в коем случае не стрелять, и это касалось всех войск, когда мы направлялись по Чечне в Грозный. Одна боевая колонна, помню, тоже из Моздока направлялась в Грозный, по пути люди им загораживали дорогу, ложились под колёса, протыкали бензобаки ломами, вытаскивали солдат из брони и избивали. Те же боевики, только без оружия и никто не мог ничего сделать, ведь приказ был – не стрелять! Многие тогда из той колонны попались в плен и в Грозный они уже тогда попадали не своим путём.
23 Декабря начались бои за село Ханкалу под Грозным, а через два дня наши федеральные войска с потерями вытеснили боевиков и, вскоре там стал стратегический штаб войск РФ.