Меня вывели из здания, и я со временем запуталась, считая количество поворотов. Машинально повторяя про себя: «Налево. Направо», я поняла, что забываю, куда мы повернули в предыдущий раз. Такой метод был бы актуальным, если бы я ориентировалась на местности или была в знакомом мне городе или районе. А сейчас я была измотана. Чуть позже меня предупредили, чтобы я высоко поднимала ноги, поднимаясь по ступенькам. Звуки вокруг меня кардинально изменились. Стало совсем тихо, лишь вдали чирикала какая-то пичуга. Меня грубо швырнули на пол, сорвав повязку с глаз.
Я окинула взглядом место вокруг. Это был салон самолета. Такой же, как у Криса. Ничего особенного для тех, кто уже летал на частных рейсах. Разве что жалюзи другого цвета и стол с креслами другой фирмы.
Инесс расположилась в кресле и сразу же заказала бортпроводнику какое-то пойло. Александр уселся в кресле напротив и закурил. А меня снова насторожил до жути знакомый портсигар. Вот сейчас он перевернет коробочку, и я увижу, что внутри находятся три сигары.
Как в замедленной съемке, я следила за ним. Алекс Кош в одном из своих произведений назвал такое состояние «сатори». Сколько я ни искала в интернете интересующее меня слово, то так и не встретила существования именно в том виде, в котором предлагал его автор. Йоги трактовали этот термин немного по-другому. Алекс же объяснял, что время замедляется для человека, находящегося в этом состоянии, в то время как его рефлексы остаются на прежнем уровне. Как правило, практически каждый испытывал его, находясь в экстремальной ситуации, связанной с угрозой жизни.
Сейчас моя жизнь под угрозой не находилась, но замедленная съемка работала. Видимо, из-за перенапряжения.
Портсигар повернулся, и внутри оказалось действительно три сигары.
Откуда я могла знать это?
Думай.
– Хочешь закурить? – проследив направление моего взгляда, спросил Александр.
– Не откажусь, – почему-то ответила я.
Мужчина кинул в мою сторону сигару, и она весело покатилась к стене возле меня. Я, в свою очередь, просто положила ее возле себя. Курить, естественно, я не собиралась. Этот жест никак и никем не был прокомментирован.
Завыли двигатели самолета.
Вот сейчас, как на страницах дешевого детективного романа, я проявлю нехитрую смекалку и раскрою преступление из-за показавшейся мне знакомой, и поэтому подозрительной, коробочки.
А может, дьявол кроется в мелочах?
Я улыбнулась. Паранойя хороша в меру. Пора уже и притормозить.
Я закрыла глаза.
Когда я проснулась, мы, скорее всего, летели уже несколько часов.
Полет проходил тихо. Не было ни зон турбулентности, ни ссор, ни драк, ни повторных попыток изнасилования, ни прочих неприятностей, из-за которых я могла бы проснуться. В пассажирском зале, помимо моих непосредственных врагов, был лишь Сергей. Остальных верзил я не видела: либо в них не было необходимости во время полета, либо они находились в другом отсеке самолета.
– Я хочу есть, – наконец не выдержала я зова пустого желудка и дразнящих запахов еды, лежащей на столе. – И еще я хочу пить, и в туалет, и…
– А в душ ты сходить не хочешь? – язвительно перебила меня Инна.
– Нет, спасибо. Пока ему, – я бросила короткий взгляд на Александра, – неприятна чужая сперма внутри меня, я в душ не полезу.
– Может быть, тебе и одежда нужна будет? – продолжила ерничать женщина.
– Кстати, о ней речь шла, когда он, – я мотнула головой в сторону того же мужчины, – угрожал Кристоферу.
– Та одежда предназначена для других целей. На улицу ты вряд ли в ней пойдешь, – ответила Инесс, улыбнувшись.
– А ты, я смотрю, знаешь об этом не понаслышке, – из двух готовых сорваться с языка фраз я выбрала эту, опустив замечание, что кто-то изрядно напился.
– А ты, я смотрю, выспалась и совсем страх потеряла, – и она очень быстро оказалась возле меня и, схватив меня за многострадальные волосы одной рукой, другой прижала складной ножичек к горлу.
Я нервно сглотнула, когда кожи коснулся тонкий холодный металл.
– Инна, – требовательно сказал Александр.
– Посуди сам, Саша. Она нам не нужна. Пока у Криса есть задание, пока он уверен в том, что она дышит, он будет делать все, что мы ему скажем.
– По-твоему, Крис похож на героя-любовника в сияющих доспехах, который придет всех спасать и мстить за свою даму сердца? – тихо спросила я. – Он персонаж совсем из другого романа. Скорее всего, он из тех, кто в итоге всех кидает и уходит в закат в одиночку. Ты же умная женщина, Инна, – я сглотнула. – Он не придет за мной.
– Что ты там лепечешь? – нажим лезвия усилился, царапая кожу.
Острая боль – и по шее заструилась тонкая щекочущая струйка крови.
– Инна! – крикнул Александр, и Сергею пришлось оттаскивать женщину от меня. – Что ты имеешь в виду? У нас ключи.
– Как же ты бываешь туп. Думаешь, Крис сделал
