Я открыла дверь. Слева и прямо были еще две двери. За первой скрывался туалет, выложенный плиткой изумрудно-зеленого цвета, а за второй – непосредственно сама ванна. Она была выполнена в бело-синих тонах. Кафель на полу был теплым.
И как это удается?
Прямо напротив входа стояла душевая кабинка. Возле нее, на стене, висели полотенца. Слева от душа находилось шикарное, большое, вместительное джакузи. Ближе ко мне, у стены, стояла раковина. Над ней висел шкафчик, как я могла предположить, для зубных щеток, шампуней, бритв и прочих ванных принадлежностей. А еще ближе ко входу стояла стиральная машина и пустая корзина для грязного белья. Возле джакузи, душевой кабинки и раковины лежали непромокаемые коврики синего цвета.
– Хочешь присоединиться? – без тени юмора спросил Крис, снова бесшумно возникший у меня за спиной.
Я опять вздрогнула.
– Черт тебя возьми, Крис! Ты как призрак! Нельзя так пугать!
– Так что? – снова спросил он, пристально глядя на меня.
В его глазах не было озорных искорок, которые я так привыкла видеть. Только лед, которого чуть коснулись потаенная грусть и легкая жестокость. Довольно странно было слышать такое предложение при его нынешнем состоянии. Ведь я понимала, что ему сейчас явно не до шуток.
– Думаю, не стоит, – я вышла за дверь.
Спустя несколько мгновений в ванной комнате зашумела вода, а я принялась слоняться по комнатам. Пришло время заглянуть в кабинет. К моему удивлению, дверь в эту комнату оказалась закрыта. Я снова подергала ручку. Безрезультатно.
Я, удивленно посмотрев на дверь, обернулась, словно могла спросить у Кристофера, в чем дело. А потом решила, что если у него есть от меня секреты, то мне лучше не знать, какие именно. Я уважаю личное пространство, в отличие от некоторых.
Я направилась в спальню. В комнате появился новый элемент интерьера. Почти под потолком, под углом в 45 градусов, висел большой монитор, пятьдесят один дюйм в диагонали. Его, скорее всего, было очень удобно смотреть, не вставая с кровати. По углам спальни появились колонки-сателлиты. На небольшом столике, на полу, стояла столбиком аудиосистема и дивиди-проигрыватель.
Я снова вышла в гостиную и села на угловой диван, стоящий в центре комнаты. На нем была накидка из какого-то очень приятного на ощупь материала. Под накидкой скрывалась кожаная обивка. Я усмехнулась. Диван был не большой черный, а большой бежевый. Просто в прошлый раз мне не удалось разглядеть таких особенностей. Зато я поняла, что на нем было удобно смотреть телевизор, стоящий между дверьми в спальню и кабинет.
Это в очередной раз подтверждало мои догадки о том, что Кристофер очень любил комфорт.
На журнальном столике я нашла несколько журналов в глянцевых обложках. Они рассказывали о музыке, компьютерах, Интернете, автомобилях и прочих актуальных мужских темах. Пролистав картинки, я задержалась на первых, не особо заинтересовавшись содержанием остальных. И не без удовольствия прочитала несколько статей.
Наконец дверь ванной комнаты распахнулась, и из нее вышел Кристофер. На нем было лишь полотенце, завязанное на бедрах.
– Боже! – я отвернулась. – Крис! Как ты себя ведешь!
Однако в моей памяти четко отпечатался образ его влажного, сильного, загорелого тела.
– Ну, знаешь ли, – сказал он. – Я привык, вообще-то, голым из ванны выходить. Скажи спасибо, что я хоть в этом.
Я не ответила. Из ванны вышел совсем другой Крис. Тот, который был мне более привычен.
Он, видимо, продолжал смотреть на меня.
– Стесняешься? – после минутной паузы, озадаченно спросил он.
Я откашлялась.
– Нет, просто… Я не ожидала от тебя такого. Вернее, от тебя можно ожидать всего что угодно. Но все равно ты застал меня врасплох.
– У тебя давно не было мужчины, Тин, – сделал вывод Кристофер и направился в спальню.
Я снова углубилась в прочтение статьи, при этом понимая, что от меня упрямо ускользает смысл написанного.
Кристофер оделся. Теперь на нем была светлая майка-поло и брюки цвета хаки. Он сел рядом со мной, в угол дивана. От него пахло свежестью моря и уже знакомой мне туалетной водой. Я посмотрела на него. От пьяного человека, который встретил меня сегодня, почти не осталось и следа. Только его взгляд оставался слегка затуманенным. Правда, я не совсем понимала, это была та боль, что я видела вчера, или это остатки алкогольного опьянения?
– Твои родители живы? – внезапно спросил он.
Я отложила журнал и внимательно посмотрела на него.
– Да, – ответила я.
– А братья или сестры есть?
– Нет. Я – единственный ребенок в семье.
– Они живут здесь, в городе?
– Да, на Немиге.
– Наверное, часто видишься с ними?
– Почти нет, – ответила я и мне почему-то стало грустно.
– А хотела бы чаще?
– Не знаю, Крис. К чему этот разговор?
Он не ответил. Лишь откинулся на спинку дивана, закинул руку за голову, вытянул ноги. Он полусидел-полулежал, задумчиво глядя куда-то в потолок.
– У тебя все в порядке? – спросила я, догадываясь, в чем дело, по его вопросам о моей семье.
– Просто… – он замолчал.
Я терпеливо ждала продолжения.
