В какой-то степени их может извинить лишь тщательная скрытность подготовки нападения на Пёрл-Харбор. Флагманский корабль вице-адмирала Тюити Нагумо «Акаги» отошел от острова Итуруп на Курилах 26 ноября 1941 года (25 ноября по вашингтонскому времени). Его 1-й воздушный флот состоял из шести авианосцев, двух крейсеров, двух линкоров, восьми вспомогательных кораблей и охранения из эскадренных миноносцев[407]. Они шли внутри атмосферного фронта окклюзии, сопровождаемого сильными ливнями, не подавая радиосигналов и минуя обычные торговые пути. Все это позволяло огромной флотилии преодолеть немалое расстояние незамеченной.
Японцы предусмотрели и другие меры для того, чтобы усыпить бдительность союзников. 15 ноября в Вашингтон приехал специальный посланник Сабуро Курусу для переговоров о требованиях Америки к Японии вывести войска из Французского Индокитая и признать Чан Кайши. Японцы даже посылали радиосигналы призрачному флоту, якобы стоявшему во Внутреннем море между островами Хонсю и Сикоку. Отправился в двенадцатидневный круиз до Сан-Франциско роскошный лайнер «Тацута Мару» с заданием развернуться и возвратиться в Иокогаму в полночь перед нападением на Пёрл-Хабор. Американские армейские связисты взломали японский шифр «Перпл», используя процесс «Мэджик», аналогичный британскому методу «Ультра» в тридцатых годах, но в данном случае это не помогло обнаружить японские корабли-фантомы: в эфире они хранили гробовое молчание. Еще до того как Номура и Курусу запросили встречу с Холлом, приуроченную ко времени нападения на Пёрл-Харбор, американцы из перехваченных шифровок знали, что японцы собираются прервать переговоры[408]. Однако Вашингтон даже не предполагал, что его ожидает нечто похуже. В администрации думали, что японцы нанесут удар по британским и голландским владениям в Юго-Восточной Азии и, возможно, по Филиппинам, американскому протекторату.
Когда до северного мыса Оаху оставалось 275 миль, флотилия Нагумо начала операцию, разработанную капитаном 3 ранга Минору Гэндой, служившим на «Акаги». Летчик-истребитель досконально изучил действия британской палубной авиации против итальянских кораблей на базе Таранто в 1940 году, а японские шпионы на Оаху раздобыли карты с кодированной координатной сеткой всех военных объектов на острове. Он предложил использовать на мелководье торпеды со специальными стабилизаторами и сбрасывать на корабли не бомбы, а бронебойные снаряды, также снабженные стабилизаторами[409]. (Поскольку бухта Пёрл-Харбора была неглубокой, американцы не поставили для защиты кораблей противоторпедные сети.) Согласно плану операции, первая волна японского воздушного флота должна была ударить по американским кораблям и самолетам с запада в 7.55, вторая — с востока в 8.45, а третья — разрушить нефтяные резервуары, доки и судоремонтные мастерские, полностью ликвидировать морскую базу и вынудить американский флот вернуться к берегам Калифорнии.
7 декабря в 6.00 (по гавайскому времени) поднялась в воздух первая волна самолетов Мицуо Футиды. Американцы так и не заметили, как они долетели до Оаху: Киммель сконцентрировал воздушную разведку в юго-западном секторе, обращенном к японским Маршалловым островам, а не на северных подступах. В воздухе в то утро находились только три американских патрульных самолета, и ни один из них не прикрывал северное направление. Семь линейных кораблей стояли в ряд на якорях в гавани, выстроившись вдоль острова Форд, восьмой линкор — «Пенсильвания» — находился в сухом доке, и все словно ждали, когда на них обрушатся японские торпедоносцы «Кейт» и истребители «Мицубиси» А6М2 «Зеро-Сен». Американское авиационное командование, опасаясь диверсий, расположило самолеты тесными группами в надежде на то, что их будет легче охранять, и они тоже представляли собой отличную мишень для японских бомбардировщиков. У зенитных батарей не имелось готовых боеприпасов, а ключами от ящиков со снарядами распоряжался дежурный офицер. На кораблях отсутствовала четверть пулеметных расчетов, а возле главных 5-дюймовых орудий вообще не оказалось людей. Треть капитанов отдыхали на берегу[410]. Как-никак было воскресное утро.
К десяти все было кончено. Из восьми линкоров три затонули (то есть легли на дно), «Оклахома» перевернулась, остальные получили тяжелые повреждения. Затонули три легких крейсера, три эсминца, японцы потопили и повредили много других судов, но не пострадала ни одна подводная лодка[411]. Из 250 самолетов палубной авиации уцелели только 54, военно-воздушные силы потеряли 166 боевых машин из 231. На базе погибли 2403 военнослужащих и гражданских лиц, 1178 были ранены[412]. Японцы потеряли около ста человек, двадцать девять самолетов и все пять сверхмалых подлодок, из которых лишь одна смогла проникнуть в гавань.
