Подготовка разведчика шла к концу, когда зашел подполковник Соснихин. Поинтересовался самочувствием, настроением Малышева, проверил, как он усвоил задание. В заключение сказал:
– У разведчика на его пути могут встретиться такие ситуации, такие препятствия, которые заранее просто невозможно предусмотреть. Вот тогда потребуется проявить смелость, выдержку, находчивость, смекалку, разумную инициативу, чтобы достичь намеченной цели.
– Постараюсь найти тропинку к этому «Марсу», – заверил своих наставников Малышев.
– Мы надеемся на вас. Желаем удачи, – прощаясь, сказал Соснихин.
С легендой «обиженный» советской властью уголовник Евгений Негин – Малышев ушел к врагу в ночь на 9 июля 1942 года.
Малышев перешел линию фронта в составе группы бойцов разведроты 21-й стрелковой дивизии, направленной из района Старо-Панова для захвата «языка». Маковеенко проводил разведчика, тепло попрощался с ним. Вернувшись в Ленинград, Маковеенко в рапорте на имя подполковника Соснихина отметил: «Во время перехода линии фронта Малышев вел себя исключительно хладнокровно, с большой выдержкой». Добавил на словах:
– А вот повезет ли ему в дальнейшем, получим ли мы желанный результат – время покажет.
Маковеенко и Малышев работали много, тщательно, шаг за шагом прослеживая весь наиболее вероятный путь разведчика, заранее определяя его поведение за линией фронта в самых различных ситуациях, предусматривая все, что предстояло ему использовать в интересах выполнения задания и чего следовало опасаться.
…Малышев ушел к врагу под видом бойца-разведчика, отставшего от своей группы при возвращении с задания.
Конвоиры доставили «перебежчика» в штаб какой-то воинской части. Там офицер в звании капитана с помощью переводчика сразу же приступил к допросу перебежчика. Капитана интересовали прежде всего сведения о части, в которой служил Малышев. Однако никаких существенных данных он капитану сообщить не мог, так как, согласно измененной биографии, находился в этой части всего две недели.
После этого Малышева доставили в вышестоящий штаб, где его начал допрашивать другой капитан, свободно владеющий русским языком. Спокойно, подчеркнуто вежливо он стал расспрашивать Малышева о его жизненном пути, близких родственниках, местах прохождения службы в действующей армии. Ответы бойко отстукивал на машинке солдат, сидевший за столиком в углу комнаты.
Мелетий отвечал четко, ясно, не отходя ни на йоту от хорошо усвоенной легенды. Этот первый допрос абверовца Малышеву запомнился на всю жизнь.
– Фамилия, имя? – немец строго посмотрел на Малышева.
– Негин Евгений Николаевич.
– Евгений Онегин? Может, сразу назоветесь Пушкиным?
– Такая фамилия…
– А еще другие фамилии?
– Другая?.. Неверов Евгений.
«Разбирается в русской литературе, – отметил про себя Малышев. – Наверно, из эмигрантов».
– Вот как? Еще и Неверов! – Немец скривил губы, сказал: – Мне доложили, что вы перебежчик. Так это или нет?
– Да, так.
– Что же вас заставило перейти на нашу сторону?
– По горло сыт советской властью. Надоело сидеть по тюрьмам. Ничего, кроме этого, я от власти не получил. Воевать за такую власть я не хотел и не хочу. Искал только случая, чтобы перейти к вам. И вот послали меня с группой разведчиков.
– Как вы оказались в разведке?
– Кому же там быть, как не таким, как я. Однажды выстроили нас… Подходит командир, спрашивает: «Воры, бандиты есть?» Все молчат, кто же признается… А я себя назвал: «Вор-рецидивист «Женька Неверующий». «Такой мне и нужен, – говорит командир. – Будешь разведчиком?» А что, правильно рассудил. Мы, воры, – люди смелые, рисковые, надежные. Куда надо пролезть, вылезти – умеем, – говорил с рисовкой Малышев. – Вот так я, простой советский заключенный, и стал разведчиком.
– Сколько раз сидел? – спросил немец.
Малышев ответил:
– Два. (Хотел сказать – три, но передумал. Нужно соблюдать чувство меры.)
– За что?
Малышев помедлил с ответом, а затем тихо сказал:
– Воровал.
– Вот как? У нас не Финляндия – там ворам рубили руку. Но и у нас за воровство премию не дают.
– Вы спросили – я ответил, – обиженно произнес Малышев.
– Где вас последний раз, как говорится, взяли? – спросил немец.
– В Ленинграде. Я там жил…
– За что?
– За воровство, – спокойно ответил Малышев.
По легенде, вор-рецидивист Евгений Неверов – персонаж, кстати, реальный – родился где-то в Белоруссии.
