Когда Смерть приходит в город Лазарии Гомоны и убивает всех одним махом, он не ожидает увидеть женщину, оставшуюся в живых. Но Лазария владеет необыкновенным даром: ее нельзя убить – ни людям, ни стихиям, ни самой Смерти.Она – единственная душа, которую Смерть не может вырвать из плоти. Единственная душа, к которой испытывает неодолимое желание. Взять ее – вот чего он отчаянно хочет. И с каждым мигом это желание становится сильнее.Конец близок. Человечество обречено на гибель, и даже всадники не могут помешать Смерти выполнить свою последнюю задачу.Усмирить его способна только Лазария.
Copyright (c) 2021. DEATH by Laura Thalassa
© Cover design by Jeff Miller/Faceout Studio
© Мигунова Е. Я., Двинина В. В., перевод на русский язык, 2025
© ООО «Издательство АСТ», оформление, 2025
В первый раз, когда я встречаю Смерть, я… не готова.
Чувствуя, как течет между лопатками струйка пота, я изучаю список вещей, которые должна привезти сегодня к вечеру на пикник по случаю дня рождения моей племянницы. Вокруг стоит глухой гул: люди на рынке смотрят, торгуются, покупают что-то.
Пробегаю глазами список. Кажется, осталось купить только яблоки.
Сунув листок в задний карман, я оглядываю фермерскую ярмарку под открытым небом, ища на прилавках то, что мне нужно. Заметив палатку Тима, пробираюсь к ней. Тим – сварливый старик, но только у него, я знаю, всегда можно найти несезонный товар.
Подозреваю, что тут не обходится без колдовства.
Я уже подхожу к палатке Тима, когда животные на ярмарке вдруг ни с того ни с сего шарахаются. И главное – они
Мул старого Бейли, еще не выпряженный из телеги, несется к шоссе рядом с ярмаркой, а жеребец шерифа, сбросив седока, галопом скачет прочь.
Остальные звери мечутся по рядам, задевая и сбрасывая корзины, опрокидывая столы, заставляя людей бежать врассыпную. Мне видны белки их вытаращенных в панике глаз. Они сами и их страх смерчем проносятся по ярмарке.
Наконец топот стихает, оставив за собой зловещую тишину, от которой у меня по спине бегут мурашки.
Что… это было?
Я озираюсь. Окружающие тоже в недоумении.
– Что за черт? – раздается голос.
– Сколько живу, а не видел, чтобы зверье так себя вело, – говорит еще кто-то. Но свою мысль он подкрепляет смешком; тот подхватывают, и напряжение спадает.
Люди помогают друг другу ставить на место перевернутые ящики и стулья, продавцы поправляют товар на лотках, снова слышатся разговоры. Небольшая группка отправляется на поиски разбежавшихся животных, а какой-то пожилой мужчина помогает шерифу подняться с земли.
Кажется, все стараются стряхнуть с себя воспоминание о странном происшествии, как дурной сон.
Повернувшись к Тиму, я опускаю взгляд на яблоки. Пытаюсь сосредоточиться, хотя та нервирующая тишина все еще звенит в ушах. Наконец мне удается сконцентрироваться.
Я смотрю на цену, зажмуриваюсь, потом смотрю еще раз.
– Полтора доллара за
– Не по нраву цена – не покупай, – заявляет Тим.
Стало быть, не ошибка.
– Я же еще даже не сказала, что цена слишком высока, – отвечаю я,
– Ничего не попишешь.
Это грабеж средь бела дня. Он с тем же успехом мог вырвать у меня кошелек.
– Это же просто яблоко, – медленно и неуверенно говорю я. Все-таки, наверное, он шутит.
– Не по нраву – купи у кого другого.
Черт бы побрал этого мужика. Знает же, что ни у кого больше в это время года нет яблок. А Бриана, моя племянница,
– Доллар, – пробую я. Даже эта цена баснословна, но все же лучше, чем
– Нет, – бесстрастно бросает он и переводит взгляд с меня на другую женщину – та изучает кукурузу в соседней корзине.
– Доллар двадцать пять, – делаю я еще одну попытку, уже начиная прикидывать, у кого еще из продавцов могут быть яблоки. Возможно, у Марты…
Тим смотрит на меня раздраженно.
– Все, разговор окончен.
– Но это же ерунда какая-то! Вы серьезно хотите за яблоко
– Сейчас не сезон, – ворчливо бурчит он.
